Начинается серия жестоких сексуальных снов, где героиня переживает одновременно ночь и день. Усиленная теплота и запах растут вместе с желанием соблазненной женщины, заставляющей вспомнить о давно забытых прелестях. Каждый боди сталкивается со страстными сексуальными приключениями, которые лишают покоя и изменяют все мысли героини....
Похоже, «Сумасшедший декабрь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Вновь беру ее за руку, веду к двери. Открываю. Молча пропускаю вперёд. Включаю свет в прихожей. Запираюсь. Помогаю снять пальто. На ней тонкая футболка. Совершенно простая, белая, и узкие джинсы. Скидываю куртку на пол. Опускаюсь перед ней на колени, расстёгиваю сапоги и сам снимаю их. Позволяет.
Поднимаюсь, веду через гостиную сразу в спальню. Включаю только неоновую подсветку вдоль стен по полу. Кристина осматривается. У меня минимализм. Здесь только двуспальная кровать с мягкой спинкой, ковер на полу и шкаф-купе с зеркальными дверцами.
Снимаю с себя свитер, обнажая торс. Ее ладони ложатся на мою грудь. Горячо. Сглатываю. Рывок. Кристина отталкивает меня, падаю на кровать в свободном падении, опираюсь на локти, выгибаю брови, смотря на королеву."
"Усмехается, превращаясь в игривую кошку. Снимает с себя футболку. Без бюстгальтера. Грудь шикарная. Тяжёлая, с персиковыми сосками.
Расстёгивает джинсы, стягивает их с бёдер, снимая, отшвыривает в сторону.
Сердце пропускает удар, когда ее пальчики цепляют простые белые трусики, стягивая с бёдер. У нее идеальное тело. Не худая, как сейчас модно, но и без лишнего веса. Шея, грудь, бёдра — скольжу глазами, впитывая в себя ее образ. Даже шрам внизу живота кажется мне дико привлекательным, я хочу целовать его.
Перекидывает ногу, садится на меня сверху, упираясь промежностью в пах. Член упирается в джинсы, болезненно ноя. Со стоном откидываю голову на подушку, закрываю глаза. Ее пальчики гладят мой торс. Мурашки по коже.
— Такой красивый, — шепчет ее бархатный, невыносимо эротичный голос. — Сильный. — Чувствую, как гладит тату с римскими цифрами у меня груди.
— Ты прости меня… — произношу я, открывая глаза, впиваясь взглядом в ее уже налитые острые соски.
— За что? — продолжает ласкать меня. Нежные пальчики скользят по моему животу, подбираясь к ширинке.
— За то, что сейчас я буду очень несдержан и не смогу остановиться, — выдыхаю я.
Все.
Башню срывает окончательно.
Резко сажусь, подхватываю ее за талию, сжимаю, чтобы не упала. Впиваюсь в губы. Целую. Нет, терзаю ее рот.
