В сумерках мир тонет в мраке, и лишь один сознание способно выжить. Я собрал остатки сил, перед глазами потемнело, но на последний рывок хватит. Будто превратившись в стрелу, я зарычав от боли, выпрямился к трости Махаона — единственной надежде выжить в этом мире.
На двоих мы уничтожили это блюдо, переключаясь на холодец.
— Ого, вот это аппетит, — уставилась на нас Катя.
— Обычное дело, — постарался я объяснить сестре. — Перенесённый стресс, всё такое. Скажи ведь, Жора?
— Ага, я такой стресс перенёс, что готов всё здесь съесть, — ответил телохранитель, уминая холодец.
Когда мы переключились на салаты, за стол села Софья. Судя по задумчивому лицу, она выяснила, где скрывается Зильберман.
— Можешь говорить, Софи, здесь все свои, — предложил я ей, вытирая жирные губы салфеткой.
— Да я просто думаю, как это преподать, — ответила Софья. — В общем, я узнала, у кого спрятался наш хитрый гусь.
— Так, — кивнул я. — Удиви меня.
— У Некрасовых, — ответила Софья.
— Вот как, — эта новость была не очень хорошей. Я-то думал, что у Збруевых или Драгунова, или, на крайний случай, у кого-то из своей общины. — Судя по всему община отказалась ему помогать.
— Я тоже об этом подумала, — кивнула Софи. — А вот теперь нам нужно понять, как мы можем вытащить его оттуда.
— А зачем его вытаскивать? — удивился Жорик.
— Не, Жора, так точно не стоит. Он состоит в общине, и нам нужно поговорить с её представителем, — подметил я, затем повернулся к Кате. — Организуешь встречу, сестрёнка?
— Да, займусь после ужина, — кивнула она.
— Надо спешить, иначе он может подговорить Некрасова… — начала Софья.
— У нас есть время, Софи, — ответил я. — Он не знает, что его обнаружили, поэтому и спешить не будет. И мне кажется, назрел разговор с Виссарионом.
— Ты был в Эпицентре? — округлила глаза Катя.
Софья аж икнула от такой новости.
— Да, всё расскажу чуть позже, — ответил я. — Сначала разберёмся с Зильберманом.
После ужина я созвонился с Гольдманом Соломоном Иосифовичем и договорился о встрече.
Представителем общины оказался еврей плотного телосложения в неизменном тёмном костюме и белой рубашке и широкополой шляпе.
Пал Палыча я решил сегодня выгулять и нацепил на него антимагический ошейник. Хорошо, что я держал его на поводке. Лавовый кот дёрнулся в сторону лысого животного. Кое-как его удержал. Он начал шумно принюхиваться к необычному питомцу.
— Иван Сергеевич, держите своего кота подальше. У Лизи мигрень на случайные знакомства, — тут же среагировал представитель общины.
Я не стал спорить.
