Он провел пальцами по моей спине, постепенно увеличивая давление, затем переместился на живот, накрыл одну из грудей, наклонился и завладел моим ртом.
Я резко вдохнула, застонав от охватившего меня жара. По коже будто электрические разряды пробегали. Уилл поднял меня, его язык проник мне в рот. Ощущения пробирали до кончиков пальцев, и я испустила хриплый стон.
Послышался какой-то звук, только я едва обратила на это внимание, обхватив ногами его талию, полностью растворившись в нем.
Он проложил дорожку из поцелуев вниз по моей шее, нежно посасывая, а я крепче его обняла, пытаясь прижаться максимально близко, и закатила глаза от удовольствия.
– Уилл…
Когда он сжал мои ягодицы обеими руками, я вновь поцеловала его. Одурманенная голодом, в очередной раз я проигнорировала отдаленные звуки.
Уилл прикусил мои губы, снял с меня очки, положил их на стол.
Звук повторился. Я наконец открыла глаза.
Мой телефон. Отстранившись от Уилла, оглянулась в сторону кухни и услышала рингтон, установленный для Мартина.
Дерьмо.
Я попыталась оттолкнуть Уилла.
– Мне нужно ответить.
– Не надо.
Парень притянул меня к себе, нежно целуя, поглаживая большим пальцем мой сосок.
– Пожалуйста. – Не желая отпускать его, застонала я. – Это мой брат.
– А я теперь твой мужчина. – Он снял повязку, заглянув мне в глаза. – И я прошу тебя о сегодняшней ночи.
Уилл начал подниматься по лестнице в спальню, но тут снова зазвонил мобильник.
Уже в третий раз.
Вырвавшись из его объятий, я побежала вниз.
– Если не отвечу, он может вернуться домой, чтобы проверить. И найдет здесь тебя.
Он схватил меня за руку, потянул назад, смерив сердитым взглядом.
– Пусть возвращается. Мне плевать. Он не помешает мне видеться с тобой, так что чем раньше узнает, тем лучше.
Моя обнаженная грудь гудела; несмотря на темноту, Уилл мог заметить синяки. Я должна прикрыться.
– Отпусти меня, – прорычала я.
Но он не послушался. Наоборот, притянул к себе, взял на руки и заглянул в глаза.
– Посмотри на меня.
Я послушалась. Мягкость его голоса заставила меня на мгновение забыть о брате и синяках на моем теле.
– Я… – парень умолк, с трудом подбирая слова. – Ты мне… нравишься.
Это прозвучало как «я люблю тебя». Мой подбородок начал дрожать.
– Ты всегда мне нравилась. Если поговоришь с ним, чары развеются и ночь закончится, потому что при свете дня ты совсем другая. Завтра у тебя вновь появятся всевозможные причины, якобы препятствующие тебе стать моей. Останься со мной сегодня. Не разговаривай с ним. Не позволяй ничему встать между нами.
Грудь распирало от рвавшихся наружу рыданий; я крепче обхватила его за плечи, ведь он, вероятно, был прав.
– Или можешь пойти со мной на Осенний бал, – сказал Уилл, предоставив мне выбор. – Завтра вечером.