Автор
В Сумраке Пенелопа Дуглас приглашает читателей на невероятное творческое путешествие. Здесь каждая страница раскрывает сокровище новой истории, полной шокирующих открытий и пленительных эмоций. Атмосфера книги — это то, что напоминает вам о том времени, когда жизнь казалась необъятным морем возможностей, а любовь была ярче солнца....
Рика проскользнула вперед, подхватила Фэйна и перекинула его через плечо.
– Идем. Поищем тетушку Бэнкс для пытки щекоткой. Папочке нужна минутка.
Она вышла, забрав хихикающего мальчика с собой, и закрыла дверь. Дэймон выпустил струю дыма, наконец-то выдохнул, подошел к дивану и плюхнулся рядом со мной. Откинул голову на спинку, сделал очередную затяжку, выпустил дым.
– Я действительно их люблю. Но мне ни минуты не удается побыть одному. Если я хочу свою жену, приходится устраивать ей засаду в гребаном душе.
– Может, тебе не нужно оставаться с ней наедине, – заметил я. – Она беременеет каждый раз, стоит тебе подышать на нее.
Он хохотнул. Снаружи донесся шум – его мальчики играли. Старший, Иварсен, был немного младше Мэддена. Гуннер родился следующим в стремлении Дэймона завести дочь. После этого он просто продолжил попытки, получив еще двух сыновей – Фэйна и Дага, – пока, наконец, не появилась Октавия. С тех пор Уинтер получила пять благословенных лет передышки.
– Ты ведь позаботился о том, чтобы она сделала перевязку труб, да? – спросил я, выхватив сигарету из его руки и затянувшись.
– Зачем?
Я не сдержал смешок. Он жаловался на детей, вечно лезших к нему в кровать, и на то, что не может уединиться с Уинтер, только мне кажется, Дэймон, вероятно, был готов еще пару раз попытаться подарить Октавии сестру.
Он забрал сигарету, встал, подошел к окну и выглянул во двор.
А я рассматривал его растрепанные волосы, помятый костюм. Дэймон старался делать вид, будто у него все под контролем, однако я знал, в его доме каждый день все стояли на ушах.
Правда, выглядел он так же молодо, как и в старших классах.
По лицу Дэймона было видно, насколько его жизнь с женой и детьми была наполнена счастьем и любовью."
"– Почему ты так хотел дочь?
Я всегда считал, что Дэймон хотел себе папину дочку, только он опекал Октавию не больше, чем сыновей.
К тому же весьма очевидно, несмотря на любовь ко всем своим детям, что они – две стороны одной медали. Октавия единственная, кому достались его черные глаза и черные волосы, которые, по слухам, передаются через несколько поколений.
– Не знаю, – ответил он, глядя в окно. – Каждый раз, когда я представлял свою собственную семью, всегда видел маленькую девочку.
Сделав паузу, мой друг улыбнулся тому, что происходило на улице.
– То есть посмотри на них. Бэнкс, Уинтер, Эм, Рика… Женщины уязвимы лишь потому, что их в последнюю очередь учат сражаться. Я хочу подарить миру женщину вроде них.
