В этом приключенческом романе о Варье Комаровой начинается с неожиданной критики самой себя. Она считает себя размазнейкой и даже всхлипывает из-за этого в зеркале, пьючи водку из горла. Это начало знакомого пути к поднятию самооценки и борьбе с жизненными препятствиями....
Похоже, «Супергерой для Золушки» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
На ресницах колыхнулись и замерли невыплаканные до конца слезы.
Вот он. Тот самый момент.
Когда боль, сочившаяся из тебя, наконец, получила выход. Когда можно все забыть, будто страшный сон. Когда в душе начали распускаться цветы. Когда только протяни руку и дотронься…
— Добрый день, а вы кто? — Тихо сказал он. Спокойно и как-то бесчувственно. — Что-то случилось?"
"И я сразу вся съежилась. Сдулась. Почувствовала камни в своем животе. Они становились все тяжелее и тяжелее. Невыносимо твердые, неподъемные булыжники из самой крепкой горной породы.
Она вся светилась изнутри, глядя на него. Сгорбленная, раздавленная, несчастная, ее будто включили, словно лампочку, когда мой отец оказался в комнате.
— Петя… — Голос женщины жутко хрипел. Руки метнулись, чтобы утереть слезы со щек.
Я просто ждала.
Чего? Не знаю. Наверное, ее признания. Хотя бы чего-нибудь.
— Кто вы? — Спросил он, приближаясь к ней и глядя на нас через плечо. На этот раз его глаза смотрели холодно и строго. — Что происходит?
— «Прибрежный вестник»… — Как-то неуверенно произнес Артем, решившись первым нарушить тишину. — Мои сотрудники уже были у вас на днях…
Отец бросил еще один, на этот раз откровенно сердитый взгляд и сел на корточки перед женой. Та не сводила с меня умоляющего взгляда. Я открыла рот, но слова никак не шли.
Он меня не вспомнил! Не вспомнил…
Пусто.
— Петя, — наконец, всхлипнула она. От звука ее голоса под моими ногами разверзся пол, тело будто начало стремительное падение в пропасть. — Молодые люди спрашивали о тебе. Для статьи… — Ее глаза сдирали с меня кожу заживо, обнажали старые раны, заставляли истекать кровью. — Я вспомнила момент, когда ты чуть не погиб… и просто так расчувствовалась…
Я больше не была той маленькой девочкой, которая прыгала ему на колени когда-то и просила свернуть из листа бумаги самолетик или жирафика.
— Правда? — Такой знакомый низкий голос вдруг приобрел знакомые нотки. Но теперь ласка, которая когда-то доставалась мне была направлена на незнакомую женщину. Его рука коснулась ее опухшего лица, чтобы утереть слезу.
