Автор
Нервной и ожидаемой встреткой становится встреча с королём, когда нарядная дама теребит в руках носовой платок. Жаркая зависть к двоюродному брату Рольфу заставляет её просить долгие часы, пока он не согласится устроить аудиенцию с королём Ричардом II. Это самое ценное знакомство для простого народа, и каждое слово кажется бесконечностью....
— Нет, не буду! — возмутилась Эмма, представляя себя в течение семи месяцев прикованной к постели… То есть пока не родится ребенок.
— А я говорю, что будешь! — твердо объявил Эмори, мрачно сверкая глазами для убедительности. — Даже если мне придется поставить около тебя караульного и…
— Я беременна!.. — в отчаянии призналась она. Люди, стоявшие вокруг постели, единственные, кто мог расслышать это тихое признание, сразу смолкли.
— Что она сказала? — поинтересовался из-за двери повар.
Сиберт, высунув голову в коридор, провозгласил:
— Леди Эмма сказала, что скоро у нас появится ребенок!
— В чем там дело? — раздался голос из зала.
— Мы беременны!
На лицах людей в комнате, коридоре и зале появилось смешанное выражение радости и тревоги.
— Ну и прекрасно! Только скажите Эмме, что больше ей нельзя бегать, прыгать и все такое, — крикнул кто-то в ответ, и стоявшие в комнате дружно закивали, соглашаясь.
— Ей надо больше отдыхать, — подхватил другой голос.
Эмма наконец отвернулась от потрясенного Эмори и с мольбой уставилась на Рольфа.
— Возможно… Мы должны оставить их одних."
"Повар первым поспешил уйти. Все еще сияя улыбкой, он захлопал в ладоши и обернулся к собравшимся в зале.
— По такому случаю я приготовлю праздничный обед!
— А я принесу побольше эля, — поддержал его кравчий, следуя за ним вниз.
— Мне надо выпить, — пробормотал Блейк, направляясь к двери.
— Да-да!.. — воскликнули в один голос Рольф, Маленький Джордж и Сиберт и поспешили из комнаты.
— Да, это будет нелишним, — подтвердил епископ, догоняя их.
Дверь закрылась, оставив Эмму с мужем наедине. Она опустила глаза и стала смущенно вертеть в руках край простыни.
— Ты не рад ребенку?
— Рад. — Эмори сел на постель и взялся за голову, словно она у него закружилась.
— Нет, не рад! — нахмурилась Эмма.
— Рад. Просто… ты такая маленькая, — озабоченно проговорил он.
— Ох, милорд! — Осознав, что он боится за ее здоровье, она накрыла его руку своей.
Взгляд Эмори перешел на ее бедра, но тревога не уменьшилась:
— У тебя узкие бедра, жена.
— Нет! — соскользнув с кровати, она встала перед ним и уперлась руками в бока. — Мои бедра широкие, муж мой.
