Автор
Сюда сажусь не для еды — на кухне бушует семейная война между матерью и отцом. Я лишь пытаюсь сохранить дистанцию, но уже привыкла к тому, что в доме царит полный хаос, как будто кто-то постоянно ожидает мое появление. Сегодня же я решила устроить перекус на выезде — убегу из этой трагической сцены до последнего звука аппетита....
Эти двое — Зэк и кот — смотрели на меня так, будто я маленький ребенок, который пусть делает, что хочет, лишь бы не плакал.
А я ведь и плакала. Плакала, когда посмотрела на результат своего ремонта и увидела, что грязи стало только больше. Плакала, когда отмывала пол и окно от извести, и плакала, когда, частично отмыв руки, лицо и шею под умывальником, не смогла растопить баню. Потому что дров наколоть не смогла.
Был топор, были дрова, но я не смогла сообразить, что с ними сделать.
А затем, пала настолько низко, что пошла подглядывать за соседом, который в это время, как раз, занимался дровами.
Без футболки, словно хвастая татуировками и поджарым торсом, он колол дрова, не испытывая никаких трудностей.
Я смотрела на него со спины и пыталась понять, как у него так легко всё получается.
Он заносил топор над головой, под загорелой кожей спины перекатывались литые мышцы, особенно в зоне лопаток. Он плавно заносил топор вверх, а затем резко бил вниз.
Выглядело всё настолько легко и просто, что казалось оскорбительным.
Словно почувствовав на себе мой взгляд, мужчина в один из моментов посмотрел через плечо и поймал меня за подглядыванием.
Я успела только стыдливо и испуганно вздохнуть, а затем быстро, почти бегом, ретироваться с места «преступления». Потому что посмотрел он отнюдь не по-доброму. Посмотрел темным взглядом так, будто пообещал, что следующим после полена разрубит меня.
Придя в себя, глянув на закатное солнце, я не придумала ничего лучше, кроме как делать все ровно так, как делал Зэк за забором.
— Ты мужик! Ты сможешь! — шептала я себе.
Поставила небольшое полено на очень большой… пень? Что это? Плевать. Главное, что на нём мне должно быть удобно наколоть дрова. По крайней мере, у Зэка точно такой же пень во дворе.
Занеся топор над головой, я мысленно прицелилась примерно к середине маленького поленца.
— Пожалуйста, — взмолилась я тихо и, за каким-то чертом, зажмурив глаза, резко опустила топор вниз.
Стук, треск, что-то улетело в сторону.
Я распахнула глаза и увидела, как поленце разлетелось по сторонам, расколовшись ровно на две половины.
— Да! — вскрикнула я и запрыгала на месте. — У меня получилось!
Хотелось с кем-то поделиться своим успехом, но никого рядом не оказалось. Чувство триумфа угасло, но не исчезло совсем.
— Получилось! — порадовалась я ещё немного.
