Автор
Сюда сажусь не для еды — на кухне бушует семейная война между матерью и отцом. Я лишь пытаюсь сохранить дистанцию, но уже привыкла к тому, что в доме царит полный хаос, как будто кто-то постоянно ожидает мое появление. Сегодня же я решила устроить перекус на выезде — убегу из этой трагической сцены до последнего звука аппетита....
Матвей
Ещё около часа назад она неподдельно радовалась унитазу, а сейчас скромно стоит и смотрит в окно, как выпускница института благородных девиц.
Осанку держит, не удивлюсь, если думает по-французски. Что-то типа «лямур пердю».
Поэтично…
Обняла себя за талию, воняет на всю кухню дымом и следит за тем, как этот самый дым вылетает из трубы её дома.
И Ржавый, какого-то хрена, не отходит от неё. Трогать себя не даёт, но и с подоконника не сходит.
— Может, тебе что-нибудь из моих шмоток дать? — спросил я, когда эта молчанка надоела.
— Зачем мне ваша одежда? — обратила она внимание серо-голубых глаз на меня.
— Постирать и погладить, — шутка оказалась воспринята буквально и в штыки. — Ты воняешь на весь мой дом, как копченая курочка.
В ответ я услышал жалобный вой желудка. И явно не своего.
Глаза девчонки испуганно расширились. Она поспешила теснее обнять себя за талию, будто таким образом могла заглушить голодные вопли своего организма.
— Простите, — выронила она приглушенно. — Вы так вкусно говорите.
"Неожиданно для самого себя хохотнул. Подошёл к холодильнику и открыл его пошире, чтобы девчонка могла увидеть содержимое и при желании попросить всё, что захочет. Мне, в принципе, не жалко. Судя по её фигуре, ест она не больше хомяка, у которого не тянутся щёки, и держит себя в ежовых рукавицах.
Голодными глазами, как загипнотизированная, Соня смотрела на полку, которая полностью была занята йогуртами разных вкусов.
Да, я, тридцатитрёхлетняя детина, большой любитель йогуртов.
— Выбирай любой, — кивнул я в холодильник.
— Спасибо, Матвей. Но я скоро вернусь к себе и поем.
— К себе ты вернёшься не раньше заката. У тебя там до сих пор дышать нечем. И-то не факт, что вечером станет лучше. Возможно, придётся искать ночлег.
— Ночлег? — длинные ресницы дрогнули в ужасе.
— Ночлег, — пришлось самому достать первый попавшийся йогурт, прихватить ложечку и поставить перед гостьей на край стола. — Перекуси пока. Сейчас суп сварим.
— Я не умею.
— Под «сварим» я имел в виду только себя. Ты можешь и дальше смотреть в окно. Сразу после того, как перекусишь, разумеется.
С опаской, но Соня села за стол и, взяв ложечку, придвинула к себе стаканчик йогурта.
Я решил не тратить время и не смущать девчонку своим вниманием. Поэтому вынул из холодильника потрошеную тушку домашнего петуха, положил её на разделочную доску и достал большой мясной нож.
Поднял взгляд и увидел ужас в серо-голубых глазах.
