Чем темный сильнее, тем короче волосы. Хотя адепты тьмы совсем уж коротко не стригутся, чтобы не пугать обывателей, но до плеч, как правило, обрезают регулярно.
То, что глава клана черных драконов не может быть слабым магом, – ясно любому, но именно теперь, отметив, что светло-серые волосы Келео не касаются его широких плеч, я сделала вывод, что он одарен невероятно. И в угоду чужим страхам не может позволить себе оставить даже чуть-чуть для красоты. Высокий, довольно крупный, но при этом скорее поджарый, этот темный маг спокойно следил, как опаздывающие студенты крадутся мимо него, словно трусливые мышки при виде голодного кота.
Келео одевается всегда в одно и то же – длинный темно-серый кафтан с воротничком-стоечкой и длинным рядом пуговиц до пояса. Когда полы кафтана немного расходятся, можно заметить темные брюки и удобную обувь. Благодаря его позе отлично видно, насколько мускулистые у него руки, не раздутые, как у тяжеловеса, но с четким рельефом.
Пока Келео провожал взглядом последнего опоздавшего, я жадно следила за ним. Светлая кожа, словно высеченные из мрамора аристократичные черты, нос с легкой горбинкой, чуть поджатые губы, выдающие легкое раздражение, серые брови и невероятные, черные, какие-то потусторонние глаза, словно врата в бездну мрака. В сочетании с блондинистой шевелюрой – невероятный эффект. До чего же хищный облик у него, пугающий… других, ведь я же вижу, насколько сильно его боятся одногруппники.
Ха, это они еще не видели черные вездесущие ленты и туман магии тьмы, что расползался по аудитории, заполнял ее, тянулся к присутствующим, касался их, прощупывал, чем бы поживиться.
Наверное, ощутив повышенное внимание к себе, Келео резко обернулся и поймал мой взгляд. Крылья его носа раздулись от ярости, тело напряглось, будто перед прыжком хищника за добычей, глаза вспыхнули черным огнем. Но все это длилось пару мгновений, не больше. Может, я все себе придумала? Снова!
– Приветствую вас, аго, на моем первом занятии по теории темной магии, – негромко, невольно заставляя прислушиваться к бархатному баритону, произнес Келео.
– Я хочу отказаться от этого курса, мне он ни к чему! – с трудом сдерживая ненависть и отвращение, выдавил из себя Валисий.
– Я тоже! – вскочил его сосед Мелентий.
Еще трое наших сокурсников-эльфов повторили требование. Я видела их болезненную бледность, кривившиеся губы, словно гнилья наелись. И вновь и вновь понимала причины, почему Василиса предпочла отказаться от дара, родных и Игаи, лишь бы не возвращаться к темному суженому.