Демаи, дейтрини, оборотни… любой, кем владеет тьма, будет желать тебя.
Майдаш возник сбоку от меня и добавил свой золотой динар:
– Ты не огонь, не вода, не воздух и даже не тень. Не можешь управлять стихиями в принципе! Еще недавно Дамрис сказал бы «всего лишь свет», но даже он признал, что ты – Свет с большой буквы, чистый и питающий, как Сол Игаю. Но, в отличие от игайского светила, твой свет не обжигает, не сможет тебя защитить, как любая другая стихия. Ты – целитель! Ты же помнишь, почему я перестал учить тебя драться?
Мой жалкий лепет вновь оборвал серый дядюшка:
– Ты не можешь причинить кому-либо боль даже на обычной тренировке, что говорить про настоящий бой за свою жизнь. Вдруг случится беда и тебя украдет темный?
Я высвободилась из рук Хашера и, задрав подбородок, заявила не менее жестко, чем Майдаш:
– Зря вы думаете, что я этого не понимаю. Но мой свет останется со мной на всю жизнь, я не перестану быть целителем со временем. К тому же тысячи не менее светлых поступают в академии Игаи, ходят по горам и долам, живут полной жизнью, а не сидят взаперти в цитадели. Не становятся заложниками своего дара!
– Алера, прекрати! – возмущенно воскликнул Хейдар. – Ты не заложница, мы просто слишком любим тебя и боимся за твою жизнь.
– Мы не отойдем от нее ни на шаг. Станем ее тенями на все пять лет обучения. Никто и пальцем не прикоснется к ней! – вступился за меня Тайрен, вставая со стула.
– Можно повесить на Алеру сторожевые маячки, – предложил Лиир.
– Нет, мы долго думали и решили пока подождать, – хмуро отмел помощь братцев Хашер, озабоченно качая головой.
– Чего ждать? – мрачно спросила я.
– Более благоприятного времени, – ответил он спокойно, не поддаваясь на мое ехидство. – В этом году слишком оживились темные, вот успокоятся, и тогда обсудим твое поступление…
– А личная жизнь? – не менее ехидно напомнил Лиир дяде.
Хашер чуть не лопнул от возмущения:
– Какая такая личная жизнь? Ей двадцать пять всего исполнилось, девчонка совсем. Моей дочери еще рано думать о всяких недоумках с потными похотливыми лапами!
– А Таю ты еще в шестнадцать прелестницу подарил, – припомнила я. – И он ее от души мял своими похотливыми и потными лапами. И ничего?
Да, все, что можно драконам-самцам, не положено драконицам. Адара как-то обмолвилась, что даже ее бабка-убийца позволила внучке о личной жизни подумать, лишь разработав план захвата Синего клана. И Хейдар стал ее первым и пока единственным мужчиной.
