Где же ты, тот, кого я так жду? Мысли о прошлом заставили потекать слезы по щекам. Я подобрала листики целебной моросянки и тихо собирала траву для продажи на рынке. А сейчас нужно преодолеть усталость, чтобы завершить работу до темное снах.
Только вот брови его немного вздрогнули от сопротивления воспоминаниям.
— Сочувствую… — прошептала я.
Мне было жаль, искренне жаль, что Генрих, такой чудесный мужчина, был несчастлив в личной жизни.
— Всё хорошо, — улыбнулся паладин.
Серые глаза его озарились лучистым светом, совершенно меня покорив.
Генри убрал трубку обратно в коробку и положил руку мне за спину. Я оказалась в кольце его согревающего нежного объятия. Аромат вербены снова окутал меня.
Хотелось развернуться к нему лицом и уже, наконец, самой обнять его, но я всё ещё слишком волновалась.
Но видит Пресветлая Дева, как я устала жить в неведении. Лучше пусть всё случится, хочу знать, кто я: зачарованная или нет?! И если да, то... то убегать не буду.
Генри коснулся носом моего виска и легонько потёрся.
— Так вкусно пахнешь...
Неуловимые прикосновения губ, словно взмахи крыльев бабочки, запорхали на шее. И я, как растаявшая глупышка в руках опытного любовника, сама подставила ему ключицу, прикрыв глаза от наслаждения.
Слишком приятно... Так приятно, что совсем не страшно... Я готова отдать жизнь за правду, за Генри. Пусть всё случится!
Горячее дыхание мужчины опалило кожу.
Мои плечи задрожали от предвкушения, и Генри сильнее сжал ладонь, успокаивая.
— Не бойся, моя прекрасная светлая леди... Посмотри на меня.
Генри застыл, дожидаясь моего взгляда. Я подняла ресницы и увидела его тёмные, горящие страстью глаза.
Пусть всё случится!
Я подалась вперёд и приникла к его раскрытым, блестящим горячей влагой губам.
Генри крепко обнял за талию, притянул к себе. Я позволила себе запустить пальцы ему в волосы и сжать кулачки, чтобы он никуда не делся. Генри довольно улыбнулся. Видно, ему было непросто найти расположение ко мне, холодной и неподатливой. Но теперь он радовался победе.
Мы целовались жадно и долго, изучая друг друга и требуя. Он очень хорошо целовался. И я, к своему удивлению, не была робкой.
Прошла вечность, прежде чем мы оторвались друг от друга, набираясь воздуха. Генри любовался, глядя на меня, и щёки от его взгляда краснели всё сильнее и сильнее. Он потянулся к волосам и, вынув заколки, распустил причёску.
— Какая ты красивая, моя огненная леди…
Он вновь потянулся к губам. Мы поцеловались.
