Автор
В старом поместье наступает таинственный мир: каждый звук кажется знакомым, а каждое движение запечатлено ненавистью его прежнего владельца. Когда молодой лорд наконец делит завещание и смотрит в глаза сыну, ненависть становится кровью — он должен восстановить справедливость или остаться в вечной тени....
Коннор поклонился мачехе и встал во главе стола, ожидая, пока она сядет, и только потом выдвинул свой стул. Он сидел рядом с ней больше часа, слушая рассказы об отце и о прошлом, а Криспин и Куинлен продолжали беседовать в сторонке, у очага.
Раен вошел в тот момент, когда на столе расставляли подносы. Со стороны кухни показались Бренна и Нетта.
– Коннор! – закричал Раен. – Наконец-то! Давненько мы не виделись.
– Да, давно, – согласился Коннор. Раен обнял его.
– Ты хорошо выглядишь, женитьба пошла тебе на пользу.
"Он поцеловал мать и сел напротив нее. С обеих сторон Коннор оказался окруженным родственниками. И хотя он собирался попросить мачеху подвинуться и усадить жену поближе, он не возразил, когда Бренна направилась к другому концу стола и заняла место там.
– Я долго ждала воссоединения семьи. Теперь моя жизнь полна, – торжественно заявила Юфимия.
От радости, что оба сына наконец сидят вместе за одним столом, Юфимия всплакнула.
Бренну тоже переполняли чувства, но то была не радость, а печаль.
Коннор мало говорил за обедом, он был доволен друзьями, сидевшими по бокам от жены и вовлекавшими ее в беседу при каждом удобном случае.
Бренна ловила на себе взгляды мужа и отвечала ему быстрой улыбкой, давая понять, что ждет его улыбки в ответ.
За ужином Коннор сделал множество открытий. Он заметил, например, что Нетта выражает искреннюю любовь к Бренне при малейшей возможности и сияет, когда госпожа награждает ее похвалой. Юфимии она прислуживала без всякого удовольствия, и ему было ясно, что она не любит эту женщину.
Решив, что он уловил суть проблемы, Коннор даже рассмеялся – так все оказалось легко и просто.
Куинлен оказался прав насчет аппетита Бренны, он и впрямь у нее пропал.
