Автор
Олеся сказала, что это не свадьба, а тихий ужас — слова помощницы выглядят на первый взгляд таковым образом. Вера прикрывает уши Еве, чтобы не разбудить гостей. Олеся берет клиентов за горло желанием их сделать счастливыми, независимо от формата. Это уже не первая неформальная свадьба для Олеся — дело это давно привычное и понятное....
Написал корявое сообщение с чёртовыми извинениями и пропал из моей жизни на восемь месяцев, чтобы заявиться на днях и промямлить жалкое «прости». Почему мужчины такие трусы? Ну хоть вы мне скажите. Растоптать, разрушить, размазать, а потом просто выплюнуть «прости» и быть уверенным, что тебя обязательно примут, бросятся в объятия с дикими визгами. Откуда эта уверенность, что для того, чтобы вернуть доверие женщины и напрягаться-то особо не нужно? – Олеся всё чаще всхлипывает, и я отчётливо вижу приближающуюся истерику, приправленную напитками.
Не дождавшись окончания представления, накрываю её губы своими и утягиваю в поцелуй, который она не ожидала. Пробую милую Олесю, отвоёвывая территорию, манившую недоступностью, и едва сдерживаюсь, чтобы не простонать. Её губы податливо отвечают, позволяя заигрывать с языком, и проникать всё глубже, пока я и сам не задыхаюсь от нахлынувшего желания.
Чёрт, какая же она вкусная! Понимание, что мы стоим в беседке и свидетелем нашего «общения» может стать кто угодно, напрягает.
Стоим в небольшом коридоре, разделяющем два номера. Нетерпеливо прижимаю её к стене и впиваюсь поцелуем, набирая обороты и подводя нас обоих к черте, за которой она уже моя: податливая, нежная, горячая.
Нащупав молнию на спине, тяну вниз, не встречая сопротивления, а затем длинное платье падает к её ногам. Ладони исследуют каждый сантиметр тела девушки, ныряя под бельё.
