Автор
Олеся сказала, что это не свадьба, а тихий ужас — слова помощницы выглядят на первый взгляд таковым образом. Вера прикрывает уши Еве, чтобы не разбудить гостей. Олеся берет клиентов за горло желанием их сделать счастливыми, независимо от формата. Это уже не первая неформальная свадьба для Олеся — дело это давно привычное и понятное....
Внутри закипает адский коктейль из злости, негодования и беспомощности. Всё это, смешиваясь воедино, захватывая каждую клеточку тела и отключая мозги. Сейчас я способна на всё. И даже больше. Потому что тот, от кого я, наконец, избавилась, нагло ворвался в мой новый мир, изгадив его лишь одним своим присутствием.
– Лесь, Лесенька, – Вера гладит меня по плечу, – моргни хотя бы, а? Ты меня пугаешь…
– Да он что, блин, издевается?! – взрываюсь и решительно дёргаю за ручку, врываясь к тому, кого хочу придушить.
– Ой, Олеся Дмитриевна, здравствуйте! – меня встречает знакомое лицо.
– Это ненадолго, – шиплю на Веронику, – потому что я прямо сейчас убью вашего босса!
Девушка, отпрянув к стене, сжимается и молчаливо кивает, вероятно, не ожидая подобного от «Милой Олеси». Но мне плевать на её мнение, потому что единственное желание, разносящее в клочья – увидеть Ворона. Поэтому направляюсь к глухой двери.
– У него клиент… – доносится позади, но мне плевать.
Отворяю преграду, замерев на пороге и обратив на себя внимание двух мужчин, один из которых – объект моей ярости.
– Доброе утро, Олеся Дмитриевна, – слащавая улыбочка, которая, видимо, должна умерить мой пыл и остановить попытку убийства, бесит ещё больше.
– Ты… – задыхаюсь от негодования, – ты…
– Максим Максимович, я пойду, – неизвестный мужчина поднимается и пятится к двери, ступая осторожно и бесшумно. Не сводит с меня взгляда, словно перед ним дикое животное, а любое резкое движение чревато смертью. – До встречи.
Дверь за моей спиной закрывается, но я молчу, наблюдая за довольным и улыбающимся Максимом в кресле.
– Какого чёрта ты здесь делаешь? – цежу сквозь зубы. Кажется, от злости даже челюсть свело.
– И я невероятно рад тебя видеть, – в янтарном взгляде скачут задорные смешинки, а на щеках проявляются ямочки. – Офис снимаю, – обводит рукой кабинет, и я только сейчас замечаю, что стена за его спиной выкрашена в цвет фуксии, который совершенно не вписывается в общую цветовую гамму в коричневых тонах.
– Я съехала на другой конец города не для того, чтобы ты припёрся следом. В нашем городе помещения закончились?
– Знаешь, я хотел вернуться в свой бывший офис, но увы, оказалось, что неделю назад его сняла обаятельная и милейшая особа, – указывает на меня, продолжая довольно улыбаться.
– О, и как я не догадалась, кто мог оставить после себя уродливую зелёную стену, которая закрасилась только с третьего раза! Это же твоя прерогатива – сидеть в тёмной норе.
