Лорд Баннор, теперь старый и изможденный, стал легендой в Аралионе за свои нещадные споры и скандалы. С каждым днем его появление было источником раздора среди аристократов. Теперь он мирно взял покой, но тайна убийства продолжает шептаться в глубине города. Кто станет свахой для дракона?...
Конечно, не кровавые пытки, но…
Одного из придворных, посмевшего беззастенчиво глазеть на младшую сестру Девятого Дракона, постигла страшная кара. Весь его дом по приказу Лоркана завесили портретами княжны, но вход во дворец ему был заказан. Геммин смаковал подробности, я и сама видела его однажды. Очень грустный худой мужчина, взирающий на мир с усталостью. Он бродил мимо княжеского дворца, с тоской заглядывая в далекие окна, но князь Лоркан не привык менять гнев на милость.
Любовь… Кому как не свахе знать, какими тяжелыми бывают сердечные муки, особенно, если они не взаимны.
А история про гвардейца, сбежавшего на свидание из караула? Теперь бедняга следовал за Девятым Драконом след в след, не имея ни выходных, ни увольнительных.
Да, порой Лоркан перегибал палку, но все, без исключения, жители Аралиона души в князе не чаяли, а подобные выходки списывали на возраст.
Мы никогда не встречались лицом к лицу, я лишь наблюдала князя издалека на приемах, на которые меня без причины звали все чаще и чаще. В белом мундире, с перекинутой через грудь темной косой, Лоркан был чудо как хорош. Если не знать, конечно, что он своевольное чудовище во плоти.
– Задали же вы задачку, – внезапно сказал Снорре, отрываясь от окошка, словно там не было более ничего интересного.
– Задачку? – уточнила я, стискивая руки в кулаки и улыбаясь.
Снорре хитро улыбнулся, зарываясь пальцами в светлые кудри, как будто задумавшись. По сравнению с его кожей, очень белой, почти фарфоровой, моя была – цвета меди.
– Задачка: почему ваша контора так популярна? “Влюбленный дракон”, кажется?
– ”Счастливый дракон”, – раздраженно поправила я. Экипаж трясло на каждой кочке, а Снорре лез на рожон, не в силах сдержать желание пообщаться. Или разозлить меня.
