Вместо свадьбы пришлось бы устраивать похороны.
– Те, кто не участвует в загоне, будут наблюдать с того холма, – Аста указала на возвышение, с которого открывался прекрасный обзор на склон. Тонкокостная и прозрачно-звонкая, она выглядела отлитой из хрупкого льда. Сидя в седле по-мужски, Аста вновь была затянута в камзол, который больше бы подошел Агне, и на ее фоне я казалась рафинированной придворной дамой, потерявшейся среди бескрайних снегов. Озаботившись последствиями моей хвори, Мерани выдал всем теплые плащи из личных запасов. Не знаю, из какого материала трудолюбивые северные ткачихи сотворили их, но они спасали от мороза гораздо лучше, чем наши собственные одежды. Холода я не ощущала, только мерзлый ветер, упрямо бивший в лицо. От него негде было скрыться, ведь долина, пролегавшая между двух скал, не имела никаких потайных уголков.
– Брат мой, вепрь ждать не станет. Стоит поспешить, – Аста обратила свое прекрасное лицо к Лоркану, но глаза по-прежнему были колючими и холодными.
По долине вновь разлился заунывный, леденящий кровь вой. Зверь, и правда, не собирался медлить, следуя собственным путем и не подозревая, что его ждет засада. Я присмотрелась к земле под лошадиными ногами: укрытая плотной коркой из снега и льда, она исходила крупной дрожью.
Следуя указаниям княжны, я направила коня к холму, Мерани торопливо вскочил в седло, догоняя меня на половине пути. Его серый в яблоках конь то и дело лез к моему скакуну, бодая крутым лбом в бок, но черный скакун стоически игнорировал недвусмысленное приглашение к игре.
– Сами не желаете принять участие? – спросил Мерани, кивая на выдвигающийся отряд из каменных стражей и трех гвардейцев, который сопровождал Асту и Лоркана. Советник был бледен, нервно стискивал в руках кожаные поводья, не зная, куда девать глаза. Не только я была впечатлена стычкой Снорре и княжича Агне."
"– Предпочитаю наблюдать со стороны, так безопаснее, – покачала я головой, на глаз пытаясь определить высоту холма, – я хотела спросить…
Топот копыт за спиной заглушил мой голос. Вернувшийся Агне поравнялся с нами, останавливая своего коня рядом с обрывом. Конь загребал ногами, грызя узду, и косился на всадника мутными глазами.
– Что же вы хотели узнать, дорогая Ималия?
Мое имя давно не произносили с таким придыханием. Голубые глаза Агне зорко следили за моим лицом, считывая каждую эмоцию, которых у меня было в избытке. Агне вызывал у меня самые разные чувства, от опасения до смутной симпатии. Не стоило отрицать, что княжич был хорош собой, но точно не располагал разговорам по душам.
– Почему вы не сопровождаете княжну? – я отвела взгляд, оглядывая склон и конную процессию, вооруженную факелами. Появление княжича спутало все карты, и язык пришлось прикусить.