Лорд Баннор, теперь старый и изможденный, стал легендой в Аралионе за свои нещадные споры и скандалы. С каждым днем его появление было источником раздора среди аристократов. Теперь он мирно взял покой, но тайна убийства продолжает шептаться в глубине города. Кто станет свахой для дракона?...
Князь буквально признался, что испытывает ко мне чувства определенного толка. Не имея уверенности в том, насколько он был серьезен, мне хотелось оказаться как можно дальше. По крайней мере до момента, когда я смогу взглянуть ему в глаза без смущения. Мы отправились в посольство, чтобы найти ему невесту. О чем еще я могла думать?
Лоркан криво усмехнулся, переводя тему.
– Пустынники, значит? Князь Огюст поделился со мной информацией: сейчас эта их шайка занимает земли к западу от Лигода. Отхапали себе территорию и держатся за нее едва ли не зубами.
"– Контрабанда? – заинтересованно протянул Снорре, не сводя пристального взгляда с дороги, что раскинулась перед нами живописным полотном. – Справедливости ради хочу уточнить: лорд Рау имеет с ними какие-то взаимоотношения?
При упоминании этого имени Лоркан помрачнел: тень надвинулась на его лицо, словно предвещала грозу. Но нет, обошлось. Князь дернул плечом и усмехнулся:
– Если верить Огюсту – имеет.
Какие именно услуги оказывал Рау я даже знать не хотела, но все равно не удержалась от едкого комментария:
– Сомневаюсь, что он выступал у пустынных разбойников бухгалтером. Перекидывать счеты и сводить баланс немного не вяжется с образом Рау.
– Конечно, нет, – Лоркан улыбнулся, как будто был очень доволен, – по словам Огюста он был у них чем-то вроде главного законника.
Я не нашла слов, чтобы ответить, и дальше ехали молча. Законник? Ну, в принципе это было похоже на Рау. Он всегда тяготел к тому, чтобы проворачивать сомнительные делишки по букве закона, словно в насмешку над ним. В Аралионе он владел официальным заведением и исправно платил налоги, но что именно скрывалось за фасадом казино? Контрабанда? Да, он почти не отрицал своей причастности к этому. Что-то еще? Я сомневалась, что у меня выдастся возможность спросить самого Рау об этом, только если он не объявится под моими окнами в Геммине, разглагольствуя о неземной любви.
Снорре не мог долго молчать, ему требовалось подтверждение того, что он не виноват в пропаже Марны. Ведь именно из-за их размолвки ведьма сбежала, чтобы потом попасть в лапы пустынников.
– Зачем им ведьма? Да еще и чужестранка!
– Польстились на светлые волосы, продадут в какой-нибудь гарем, – проворчала я, прекрасно понимая, для чего разбойникам может понадобиться девица.
