Когда я сказала ему, что вы отдыхаете, приказал: «Тогда отнеси своей госпоже чаю. Влей его ей в горло сама, если потребуется». А потом передал мне записку для вас.
Какая досада! Какое исключительное благородство! Сквозь оцепенение прорвалось искреннее чувство. Сделав над собой усилие, Пандора села на кровати.
Передав ей чашку, Ида отошла к окну, чтобы раздвинуть занавеси. Дневной свет заставил Пандору зажмуриться.
Чай был горячий, но не имел запаха. Превозмогая себя, она выпила его и костяшками пальцев потерла сухие, воспаленные глаза.
— Вот, миледи. — Ида протянула ей небольшой запечатанный конверт и забрала пустую чашку.
Пандора тупо посмотрела на красную восковую печать с выдавленным на ней знаменитым фамильным крестом. Если Габриель написал ей что-то приятное, она не хочет этого читать. Если что-то нехорошее, то она тем более не станет этого читать.
— Ой, да ради бога! — воскликнула Ида. — Просто откройте!
Нехотя Пандора подчинилась. Когда она вытащила из конверта сложенный листок бумаги, оттуда выпал крохотный пушистый предмет. Чисто рефлекторно она взвизгнула, подумав, что это какое-то насекомое, но приглядевшись, поняла, что перед ней кусочек ткани. Осторожно взяв его в руки, она увидела маленький декоративный листочек из фетра, украшавший тот самый потерянный ею вязаный тапочек."
"«Миледи, ваш тапочек удерживается в качестве заложника. Если вам захочется когда-нибудь увидеть его вновь, приходите одна в парадную гостиную. За каждый час промедления будет срезаться по одному декоративному элементу.
Сент-Винсент».
Пандора возмутилась. Зачем он это делает? Хочет вовлечь ее в еще один спор?
— Что там написано? — заинтересовалась Ида.
— Мне надо спуститься вниз на переговоры о заложнике, — коротко объяснила Пандора. — Поможешь переодеться?
— Да, миледи.
Платье из шелка цвета лаванды выглядело ужасно — мятое, все в складках и заломах. Дневное платье из желтого фая освежило Пандору. Этот туалет был не таким роскошным, как лавандовое платье, но зато более легким и удобным, без множества нижних юбок. К счастью, прическа была так прочно уложена и закреплена утром, что ей требовалась лишь минимальная правка.
— Ты могла бы вытащить шпильки с жемчужинами? — спросила Пандора. — Они чересчур роскошны для такого платья.
— Но они очень красиво смотрятся, — запротестовала Ида.
— Мне не нужно выглядеть празднично.
— А если его светлость сделает предложение?
— Не сделает. Я уже ясно дала понять, чтобы он оставил свои притязания.
Ида пришла в ужас.
— Вы… Но… Почему?
Это было, конечно, за гранью: горничной допрашивать хозяйку, — и тем не менее Пандора ответила:
— Потому что тогда мне придется стать чьей-то женой, вместо того чтобы учредить свою собственную компанию настольных игр.