Автор
На мягких крепких ножках ступил Стивен и тут же потрогал лицо Эви с теплыми ручками. Она вздрогнула, когда малыш уцепился за жемчужную двойку на шее. "Спокойнее, Стивен," — прошептала она, засмеясь немного. Его глаза всегда были проникновенными, будь то в юности или сейчас. Эви говорила с незаметным заиканием, но ее интонации всегда сохраняли это особое очарование и мягкость....
Двойная нить была такой длинной, что не было нужды расстегивать замок, чтобы надеть ее через голову. — Они задержали тебя, чтобы я успел тебя поймать. Они помогли мне поймать мою птичку.
Пандора улыбнулась, наслаждаясь прохладной, чувственной тяжестью жемчуга, который соскользнул ей на грудь.
— Думаю, что поймали вас, милорд.
Кончиками пальцев Габриель дотронулся до ее обнаженного плеча, а потом по ожерелью спустился к груди.
— Я ваш пленник на всю жизнь, миледи.
Пандора потянулась, чтобы поцеловать его. Его рот, теплый и решительный, идеально подходил к ее губам.
Габриель целовал ее медленно, язык проникал в нее все глубже. Она застонала от удовольствия. Потом попыталась целиком освободиться от одеяла, забыв обо всем, кроме желания быть ближе к Габриелю. В следующий момент он уложил Пандору на спину, его полностью одетое тело накрыло собой ее обнаженное. Ощущение от тяжести мужского тела подстегивало и возбуждало, его налитая силой плоть пульсировала, то прижимаясь к ее животу, то оказываясь между бедрами.
Габриель дышал тяжело, словно испытывал мучения. Его поцелуи были требовательными, долгими, жаркими. Он что-то говорил своим низким голосом, поглаживая ее.
— У тебя такое роскошное тело… Такое крепкое и нежное… А какой изгиб здесь!.. И здесь!.. Господи, как я тебя хочу!.. Я хочу, чтобы у меня было несколько рук, чтобы гладить тебя всю.
Если бы она могла дышать, то сказала бы ему, что он опасен и с двумя руками.
Ей захотелось коснуться его кожи, и она начала срывать с него одежду. Он стал помогать, хотя сам процесс проходил не без трудностей, потому что ему не хотелось прерывать поцелуй больше чем на пару секунд. С постели полетела одна деталь одежды, потом другая, пока он не остался полностью обнаженным, порозовевший, с золотистой кожей. Торс был гладким за исключением покрытой волосами груди и паха.
