Автор
На мягких крепких ножках ступил Стивен и тут же потрогал лицо Эви с теплыми ручками. Она вздрогнула, когда малыш уцепился за жемчужную двойку на шее. "Спокойнее, Стивен," — прошептала она, засмеясь немного. Его глаза всегда были проникновенными, будь то в юности или сейчас. Эви говорила с незаметным заиканием, но ее интонации всегда сохраняли это особое очарование и мягкость....
Медленно перекатившись на бок, Габриель уложил Пандору на спину и принялся покрывать все тело горячими легкими поцелуями. Опытные руки гладили и ласкали, от этого на ее теле забегали приятные мурашки. Кончики его пальцев описывали волнистые линии с внутренней стороны бедер, поднимались выше и выше и в конце концов добрались до тлеющей жаром мягкости между ними. Его пальцы нежно и осторожно коснулись средоточия ее женственности. Пандора напряглась, когда они продвинулись вперед. Габриель промурлыкал что-то, уткнувшись лицом в живот, и хотя девушка не могла произнести ни слова, тихое звучание его голоса успокоило.
"Пальцы продвинулись дальше, находя чувствительные точки, и Пандора затаила дыхание. Потом он губами нашли складки у нее между бедер. Габриель удерживал ее на грани напряженного наслаждения, целуя и играя языком со складками, в то время как пальцы старались проникнуть дальше, в глубь ее. Она непроизвольно дернула бедрами, без слов умоляя о пощаде. На миг он вытащил пальцы, чтобы вновь войти в нее с большей силой.
Терпеливо, нежно Габриель убеждал и ласкал ее, его язык двигался в постоянном ритме, наслаждение взмывало волной все выше и выше. Пандора застонала и потянулась к Габриелю, приподнимая бедра вверх. На миг она зависла в неподвижности, а потом началось ослепляющее освобождение, которое подхватило ее и понесло с собой.
Нависнув над ней, Габриель устроился между ее бедрами и, подложив руку ей под голову, прошептал:
— Расслабься и не шевелись, сладкая. Вот так.
У Пандоры не было выбора — ее тело оставалось слабым и безвольным, как пустая перчатка.
Габриель протянул руку вниз, и Пандора почувствовала, как его вздыбленная плоть, лаская, неторопливо описывает круги вокруг ставшей такой беззащитной бреши в ее теле. Обжигающе горячая тяжелая головка вошла в ее плоть. Он заполнял ее постепенно, давление было сильным и неотвратимым. От боли пресеклось дыхание. Она почувствовала, что ее растянули так широко, как невозможно было себе представить. Ее плоть остро пульсировала вокруг обжигающей силы, проникшей в нее.
