Автор
На мягких крепких ножках ступил Стивен и тут же потрогал лицо Эви с теплыми ручками. Она вздрогнула, когда малыш уцепился за жемчужную двойку на шее. "Спокойнее, Стивен," — прошептала она, засмеясь немного. Его глаза всегда были проникновенными, будь то в юности или сейчас. Эви говорила с незаметным заиканием, но ее интонации всегда сохраняли это особое очарование и мягкость....
— Ты же знала, что я не смогу устоять.
— Сначала прими ванну, — начала уговаривать его Пандора. — Ну и запах! Я отведу тебя на конюшню и там отчищу жесткой щеткой с карболовым мылом, как жеребца.
— Ах ты, испорченная девчонка! Давай сделаем это. — Его рука похотливо рыскала у нее под юбками. Она взвизгнула, смеясь, и принялась бороться с ним.
— Стоп, ты заразный! Иди в ванную, я тебя вымою.
Габриель прижал ее к кровати.
— Ты будешь моей горничной? — провоцируя, спросил он.
— Тебе же это понравится, да?
— Да, — шепотом ответил он, касаясь кончиком языка ее нижней губы.
"Ее темно-синие глаза наполнились озорством.
— Я искупаю вас, милорд, — предложила она. — Но только если вы согласитесь держать руки при себе и оставаться неподвижным, как каменная статуя.
— Я уже окаменел, как статуя, — ответил Габриель и продемонстрировал это.
С улыбкой Пандора выскользнула из-под него и направилась в ванную. Он поднялся и последовал за ней.
Габриель не переставал удивляться тому, что еще совсем недавно считал, что ни одна женщина не сможет подарить ему такое наслаждение, как Нола Блэк с ее «губительными талантами», по словам отца.
С Пандорой все обстояло иначе. Она несла в себе силу природы и не могла быть никем, кроме как самой собой, поэтому рядом с ней притворство было невозможным. Когда Габриель признавался в своих недостатках или в совершенных ошибках, казалось, что она начинала любить его за это еще больше. С поразительной легкостью она открыла его сердце, а потом выбросила ключ.
Он слишком любил ее, сам понимая избыточность этого чувства.
