Автор
В этой книге вы встретите ерника, посмелевшего прикоснуться к паре, и человека с чувством глубокой вины за свою жестокость. Незрелый самец, скорее подросток, стал жертвой взрослой женщины. Его животное не могло контролировать его, но опасность обстоятельств сохраняла уравновешенность волчонка....
На самом деле, хоть вы с Соней и сестры, но ты реагируешь на все с большей долей оптимизма и спокойствия.
Эмилия подала своей новой пациентке полотенце, чтобы та вытерла гель, и принялась подготавливать инструменты для взятия анализа крови и мазка.
— Просто я не вижу смысла буянить и пытаться сбежать. Все равно догонит, все равно не отпустит и третье все равно — мы уже связаны. Это случилось по воле обстоятельств, моего взбалмошного характера и его неосторожности. Изменить прошлое нельзя, нужно смотреть вперед и стараться наладить отношения.
— Раздражающих? — подсказала Эмилия и девушки пристально посмотрели друг на друга, а после рассмеялись.
— Да, именно это слово, — вытирая слезы, согласилась Сара. — Но ты знаешь, мой папа часто повторял, что я рождена для того, чтобы свести своего мужа с ума. И я решила, что Алек достоин такой участи.
— Это точно. Ложись и мы продолжим.
Альфа, слушая разговор девушек, только покачал головой.
А Алек был представителем того типа мужчин, что очень плохо разбирались в женских мыслях и поступках. Он оперся руками о деревянное ограждение веранды и загляделся на успокаивающую зелень леса.
Близнецы. Мальчики. Его плоть и кровь. Он уже и не надеялся когда-либо даже помыслить о собственных детях, не то что реально подойти к их появлению. Но природа распорядилась по-своему.
И впервые тугой комок в его груди, сотканный из боли от потери и безысходного одиночества, расслабился. Алек еще не был готов полностью забыть о нем и простить себя, но наконец-то осознал, что, возможно, он достоин второго шанса. Может, пора отпустить Химену и перестать наказывать себя?
Их отношения закончились чудовищно и до ужаса печально, но волк внутри давно ощущал лишь равнодушие по отношению к погибшей паре и горечь.
Парадоксально, но теперь другая получила этот статус, и зверь под его кожей рычал об этом снова и снова.
«Моя!» — билось в его крови, наполняя вены.
«Моя!» — стучало в ушах и отзывалось в пульсе.
