Автор
В этой книге вы встретите ерника, посмелевшего прикоснуться к паре, и человека с чувством глубокой вины за свою жестокость. Незрелый самец, скорее подросток, стал жертвой взрослой женщины. Его животное не могло контролировать его, но опасность обстоятельств сохраняла уравновешенность волчонка....
Ее взгляд ощущался на теле физически, заставлял каждую клетку реагировать на вожделение пары. А мужское самолюбие безмерно тешило то, насколько она наслаждается зрелищем.
— Нравится то, что ты видишь, принцесса?
— Фу-у-у, — девушка скривила носик, — когда это мы дошли до прозвищ? И твое эго не нуждается в дополнительной подпитке. Как я успела убедиться, вы, оборотни, обладаете чертовски идеальными телами.
— Тогда, когда я стал «песиком». И наши тела — это следствие постоянной трансформации и силы зверя, оттачиваемой годами.
— Бла-бла-бла и так далее.
Снова взмах руки, и Алек поймал себя на мысли, что с радостью связал бы эту фурию. Ее любовь к жестикуляции порядком выводила его из себя. Но после следующих слов мужчина понял, что в ней все бесит его до крайности.
— Так что там с моим отъездом?
— Это невозможно! — твердо заявил он и сложил руки на груди.
— Что-о-о-о?
— Раз ты так любишь считать, то, во-первых, твоя течка притихла, но еще не ушла. Я чувствую ее магнетическое притяжение в твоем сладком аромате, смешанном сейчас с моим.
Сара даже лишилась дара речи. Она прочистила горло, которое оказалось способно издавать только хрип, и беспомощно захлопала глазами, стараясь переварить все, что этот несносный мужчина ей наговорил. Он же, воспользовавшись ее замешательством (и предполагая, что вряд ли с Сарой такое случается часто), быстро покинул комнату, громко хлопнув напоследок дверью.
— Об одежде я позабочусь, а ты пока не выходи из спальни, — крикнул он за закрытой дверью и тут же услышал, как что-то громко ударилось в нее с другой стороны.
«Хорошая была ваза», — подумал альфа. И удивился, как она уцелела после этой ночи, тогда как, насколько он заметил, сама комната после всего выглядела словно руины.
Качая головой от улавливаемых сверхчувствительным слухом эпитетов в свой адрес, выдаваемых сумасшедшей парой, полностью нагой Алек спустился вниз.
