Автор
В этой книге вы встретите ерника, посмелевшего прикоснуться к паре, и человека с чувством глубокой вины за свою жестокость. Незрелый самец, скорее подросток, стал жертвой взрослой женщины. Его животное не могло контролировать его, но опасность обстоятельств сохраняла уравновешенность волчонка....
И пару минут, наслаждаясь глотком кофе, Сара еще рассматривала этот вариант — до того, как от входной двери остались щепки.
Нет, этот упрямец ей такого удовольствия не позволит. Но попробовать стать в позу девушка все же собиралась. Ее взгляд еще раз прошелся по волчаристому индивиду, который волей судьбы достался ей. Красавец, ни дать ни взять! Взгляд нельзя бросить, чтобы не облизаться. Особенно сейчас, когда он пылает праведным негодованием.
Низко сидящие джинсы с незастегнутой пуговицей открывают взгляду дорожку темных волос.
Неожиданно его гневный вид породил в душе волну спокойствия и веселья. Делая очередной глоток, девушка из-за чашки смотрела на мужчину и пыталась скрыть улыбку. Если он собирается всегда в таком виде за ней прибегать, то деньки здесь обещают быть веселыми.
— Ты покинула нашу постель… — начал, было, он, но его тут же перебили.
— То, что от нее осталось. Ага.
Снова глоток. Ноги закинуты на журнальный столик, попа поудобней умостилась на диване, а сама Сара, полностью расслабленная, откинулась на спинку. Мужчина стушевался. Не такого приема ожидал от нее Алек. Он подозрительно смотрел на девушку, удивляясь тому, что она не психует и не кричит, хотя за время их знакомства (если то, что между ними происходило, можно назвать этим словом) он понял, что у девушки взрывной и своенравный характер.
Алек, не заботясь о белом чехле, устало опустился в кресло напротив девушки, настраиваясь на конструктивный разговор.
— А вдруг течка не прошла…
— «Бешеная» матка успокоилась. Все твоя заслуга. Ага.
И опять небольшой глоточек изысканного напитка. Хороший тут все-таки кофе.
— Еще одно «ага» и я заклею твой рот скотчем! — неожиданно озверел мужчина, посылая к черту весь самоконтроль."
"— Для таких игр мы еще недостаточно знакомы, дорогой. Но я подумаю.
— Сара! Ты моя жена, черт возьми!
— Ах, жена, значит, да?
— Да, — Алек удивился ее мягкому тону.
— Тогда твой дом — мой дом.
— Да, — снова осторожно согласился он. — Не было необходимости покидать его.
— Ага.
Желваки заходили на скулах от силы, с какой он стиснул зубы.
