Чувак умеет вызывать уважение и доверие. Его слушали охотнее, чем моего нервного отца. В итоге, мы пришли к консенсусу. Я внес незначительные поправки, а сотрудники уже завтра перестают саботировать работу.
В Москву возвращаемся ночным рейсом, и только к утру добираемся до отцовского дома. Я решаю поспать здесь, потому что боюсь, что вырублюсь за рулем по дороге в город.
Быстро принимаю душ и, упав на кровать, мгновенно отключаюсь. Не знаю, сколько сплю, но просыпаюсь от навязчивого ощущения чужого присутствия.
— Максим, — тихо зовет Стефа, и я открываю глаза.
Обнимая себя за плечи, она стоит около кровати.
— М?..
— Как вы съездили? Юрий Андреевич уже на работу уехал, я не успела у него спросить.
— А Стив?..
— Он… — отводит взгляд и, отойдя к окну, отодвигает плотную штору и смотрит на улицу, — я не знаю, может, тоже уехал…
— Нормально съездили, — зеваю, переворачиваясь на спину, — сегодня месторождение заработает в полную силу.
Вернув занавеску на место, Стефа поворачивается ко мне закусывает обе губы.
"
"— Что случилось? — спрашиваю я.
— Я его боюсь.
— Кого?
— Стива, — шепчет на выдохе.
— Почему?.. Он грубо с тобой обращается?
— Нет. Ничего такого, — мотнув головой, небрежным жестом, откидывает волосы назад, — он странный… непонятный…
— Тебе и не нужно ничего понимать. У вас фиктивный брак.
— У меня от него мороз по коже. Мне кажется, он меня презирает.
— Он на всех так смотрит, Стефа. Словно вокруг одни недоумки, — усмехаюсь, вспоминая его взгляд, — не обращай внимания.
— Он смотрит на меня и будто не видит… Я боюсь за него выходить, Макс.
— Тебе нечего бояться. После свадьбы вы можете жить здесь.
— Нет! — восклицает глухо, — он сказал, что здесь мы жить не будем!
— Он тебя пальцем не тронет, я обещаю… — говорю, вспоминая его слова.
— Я знаю… он сказал, у него уже есть отношения…
— Через полгода вы разведетесь.
— Если папа узнает, он не доживет до свадьбы… Что ты наделал, Максим!..
— Прости, Стеф, но я тоже не могу иначе…
— Мне ничего не надо! — шепчет задушенно, — мне вообще все равно, кто будет управлять этой компанией.
Мне достаточно ежемесячного процента и все!
— Твоему отцу не все равно, нам не все равно. Это твои деньги, и мы должны их сохранить, — пытаюсь объяснить, — сейчас в компании будет сильная турбулентность. Это будет продолжаться, пока другие акционеры не уяснят, что за тобой, как за держателем контрольного пакета, стоит сильная команда.
— Пусть Юрий Андреевич выкупит этот пакет!..
