В Сверхсекретном объекте проходят тайные заседания совета национальной безопасности, где даже признаки его существования остаются скрытыми от общественного внимания. В фойе театра в Москве собрались мужчины из разных инстанций власти, дискутируя о неуловимых перспективах будущего политического устройства....
И самым надежным средством заставить ее повиноваться мог быть только страх. Не тот легкий и кратковременный испуг, который она пережила, когда увидела в его руках пистолет, а парализующий волю и сознание панический ужас...
Девушка стояла в одном шаге от диверсанта, гордо уперев руки в бока, и глядела на него ненавидящими глазами. И тогда Стен, молниеносно выбросив здоровую руку, стиснул своей ладонью ее тонкие, музыкальные пальцы на левой руке. От неожиданности девушка вздрогнула и шарахнулась назад, но уже не сумела освободиться.
На лезвии ножа Стен протянул отсеченный ноготь враз побледневшей девушке:
– Держи сувенир. И лучше не зли меня, а то получишь еще один такой же.
С этими словами он вытер нож об искалеченную руку девушки, оставив у нее на ладони вырванный ноготь. Та в ужасе дернула рукой и стряхнула окровавленный ноготь с ладони. Стен ожидал от девушки истерики. И она действительно открыла рот, но вместо крика оттуда выплеснулась блевотина, после чего она потеряла сознание.
– Кто-нибудь один, забинтуйте ей палец! – приказал Стен, обратившись к стоящим с поднятыми руками егерю и его жене. – Только учтите – повязка не должна получиться большой, иначе заставлю перебинтовывать заново.
Он вновь поменял нож на пистолет и отошел к противоположной стене, чтобы одновременно держать в поле зрения егеря, его жену и лежащую без сознания девушку. Накладывать повязку взялась жена егеря, причем сделала это очень умело, так как кровотечение тут же остановилось. Заметив, что женщина делает перевязку не хуже опытной медсестры, Стен указал ей на свою самодельную повязку из разрезанной на полосы майки:
– Теперь меня. И учти – от твоей аккуратности зависит жизнь твоего мужа.
Женщина сняла с плеча диверсанта пропитавшиеся кровью тряпки и, обработав рану йодом, наложила на нее чистую бинтовую повязку. Убедившись, что перевязка сделана по всем правилам, Стен отправил женщину обратно к мужу, а сам склонился над лежавшей без сознания девушкой и несколькими пощечинами привел ее в чувство.
