Автор
В этой произведении вы найдете светлую надежду и душевную теплоту, напрямую адресованную близким. Каждый шаг персонажей ведет к решению старых проблем и открытию новых возможностей. Атмосфера книги — это грусть, которая скрывается за яркими огоньками hopeless romantic melodies на заднем плане, создавая эмоциональную нотку, которую сложно не почувствовать....
Я не знала, что произошло внутри меня, когда мы оба оказались в той маленькой кладовке, и он начал прикасаться ко мне.
Я не хотела даже вспоминать об этом, не говоря уже о том, чтобы думать об этом, потому что у меня не было бы ответа.
Возможно, пришло время признаться себе в некоторых вещах. Маршрут, по которому мы ехали, показался мне знакомым.
— Ты собираешься рассказать мне, почему мы едем в колледж?
— Я хочу тебе кое-что показать."
"— Мы найдем это в кампусе? — Спросила я, сбитая с толку.
— Доверься мне, Хейзел Баг.
Он произнес эти слова с такой легкостью, и у меня без колебаний возникло ощущение, что я могу ему доверять.
Большую часть времени мы оба спорили, но сейчас, в машине, мы просто молчали, и нам не о чем было говорить.
Я тоже не знала, что сказать.
Мне было неловко еще и потому, что я была уверена, что он все еще помнит, что именно произошло на вечеринке.
С тех пор я старалась говорить себе, что не скажу, что мне нравится, как Уэстон прикасается ко мне, но мне приходилось ориентироваться на то, что флирт и поцелуи — это большая часть его характера.
Все, что произошло, ничего не значило.
Я даже не знала, откуда взялась мысль, что я вдруг так увлеклась им, и эта ненависть взорвалась, как ракета, оставив прекрасные искры.
Уэстон был из тех людей, которые, в каком бы состоянии они ни находились, точно знали, что делают и как легко могут повлиять на кого-то. В нем было столько силы, и я поддалась на это.
Я вышла из его джипа и обошла вокруг машины.
— Ты собираешься сказать мне, что мы здесь делаем?
— Перестань быть такой любопытной.
Уэстон достал из багажника свою спортивную сумку и закрыл машину ключом.
Я стала лучше понимать, что мы будем делать, когда он приблизился к ледовой арене. Мы шли мимо главного входа, но у этого здания был боковой вход, который не был виден издалека из-за высоких кустов.
Вдруг он остановился, и я, стараясь не наступить в одну из выбоин в земле, чуть не врезалась в его спину.
Мы стояли перед высоким старым проволочным забором, где Уэстон отогнул несколько ограждений в сторону и пролез через дыру.
— Уэстон, что это будет?
— Подожди, и перестань задавать столько вопросов.
Никогда в жизни я бы не подумала, что в субботу вечером, после вечеринки в честь Хэллоуина в центре кампуса, я буду идти между кустами и деревьями через сломанный забор, чтобы попасть на ледовую арену.
Он протянул руку, я ухватилась за нее и шагнула через дыру в проволочном заборе.
