Автор
В этой произведении вы найдете светлую надежду и душевную теплоту, напрямую адресованную близким. Каждый шаг персонажей ведет к решению старых проблем и открытию новых возможностей. Атмосфера книги — это грусть, которая скрывается за яркими огоньками hopeless romantic melodies на заднем плане, создавая эмоциональную нотку, которую сложно не почувствовать.
У меня такое бывает, когда твой папа — тренер команды почти каждые выходные, потому что папа воспринимает их как своих потерянных сыновей.
ЛУНА
Ты приедешь?
АРИЯ
Уже еду. Пицца?
ЛУНА
Да, черт возьми!
Не прошло и сорока минут, как мой телефон зазвонил, и на экране блокировки высветилось сообщение моей лучшей подруги о том, что она уже здесь.
Энергичный рев мальчишек становился все громче и громче с каждым метром, на который я приближалась к гостиной.
— Вот дерьмо, вот дерьмо. К черту штраф. — Прорычал глубокий голос.
— ЗА ЧТО? — Проревел следующий.
Я поспешила мимо них и порадовалась, что в этот момент они поставили игру на паузу, потому что не хотела знать, что я могла услышать, если бы прошла через экран во время игры.
— Ты можешь услышать их снаружи. — Сказала Ария, и мы обнялись, когда она вошла в дом.
— Может быть, мне стоило прийти к тебе в комнату в общежитии?
Ария посмотрела на меня, напомнив своим взглядом о своей соседке по комнате.
— О да, точно. Кейли. — Рассмеялись мы.
Кейли не была разговорчивой и мрачно поприветствовала вас. Могу поклясться, что она слегка усмехнулась, когда я покинула их комнату в общежитии.
Несмотря на то, что семья Арии жила в городе, она предпочла жить в кампусе в комнате общежития. Я тоже так планировала, но мне не хотелось оставлять маму одну после того, как она решила переехать сюда со мной, и мы сэкономили бы немного денег, если бы я жила с ней.
Некоторые парни стояли на улице с банкой пива или сигаретой, а остальные продолжали сидеть на диване.
Ария быстро подошла к Генри, которого она тут же поцеловала, после чего мы поднялись наверх и скрылись в моей комнате.
Погода была довольно теплой для ноябрьского дня, и мы могли сидеть на улице в патио на скрипучих качелях и есть нашу пиццу.
Сидя рядом со мной и накинув на плечи одеяло, Ария с отвращением смотрела на меня.
— Не смотри так.
— Ты ешь пиццу с ананасами и ветчиной. Это грех, Луна.
— Лучше посмотри на свою пиццу, а потом мы поговорим, чья пицца противнее.
Мы оба посмотрели на ее пиццу, в которой были листья шпината и лук. Листья шпината застревали в зубах, а лук оставлял вонь во рту.
Хуже быть не может.
Ария сделала эту пиццу настолько съедобной, что можно было подумать, что эта пицца входит в тройку лучших пицц.
Я вгрызлась в корку пиццы и стала жевать уже остывшее, пропеченное тесто.
— Твоя пицца запрещена.
Ария смахнула лук с пиццы своими миндалевидными ногтями с красным лаком.
