В Светке Полянской мир врывается в серые будни, когда все вокруг мерцает цифрами и долга. Но один случайный столкновение открыло новую реальность — свет, который не гаснет, живой человеческий голос и странная удача. Теперь Света сталкивается с загадочными чудотворениями ежедневной жизни, где каждое действие вносит новый поворот....
Да и Артур… и Милана… они оба такие, как сейчас, а не несколько лет назад. И шарф на шее у Миланы — она улетала в этом шарфе. Значит… значит это….
Она почувствовала, что дрожат пальцы. Неконтролируемо, она не может остановить эту дрожь. Света сильнее сжала пальцы на телефоне. С экрана на нее смотрел Артур. Смотрел не в темноту, не в пустоту.
Он смотрит. Он видит.
— Светлана Анатольевна, голубушка, вы же как мел! — Юрий Валентинович как-то вдруг оказался рядом. — Что такое? Голова кружится? Давление?
Света только дернула головой, то ли кивнув, то ли мотнув отрицательно.
"— О господи…
Он резко поднял руку, сжал пальцами переносицу и отвернулся.
— Сейчас расплачусь.
С Самсоновым никогда невозможно понять, говорит он серьезно или шутит. Вот и теперь Света не могла этого отгадать. Но его слова дали Светлане так необходимый толчок, вывели из ступора, позволили начать снова дышать.
— Дать платочек, Юрий Валентинович?
— Не откажусь.
В предложенный бумажный носовой платок Самсонов все так же, не оборачиваясь, шумно высморкался.
— Самсон, ты почему не на месте? — в приемную стремительно вошел Ватаев. — Знаешь, кто сегодня прилетел? Наш главный дерьмовед! Смотри! — Ватаев выудил из кармана брюк телефон и продемонстрировал экран Юрию Валентиновичу. — У всех людей фотки как фотки, а у Захара — в обнимку с пакетом какого-то дерьма.
Самсонов, не спрашивая разрешения, схватил Светин смартфон и развернул его экраном к Марату. И спустя секунду на лице Ватаева появилась такая редкая, но широкая и искренняя улыбка.
— Я знал!
— Откуда ты мог это знать, интересно? — Юрий Валентинович вернул Светлане телефон и точным броском отправил скомканный бумажный платочек в корзину у Светиных ног.
— Откуда-откуда? — фыркнул Ватаев. — Интуиция!
— Интуиция? — закатил глаза Самсонов. — Серьезно?
— Серьезнее не бывает. Интуиция — священный дар, а разум — покорный слуга.
— И кто это сказал — Марат Ватаев? — похоже, эта дурацкая перепалка была нужна Самсонову, чтобы окончательно вернуться в свое привычное состояние.
— Это сказал Альберт Эйнштейн.
Светлана в очередной раз поразилась эрудиции Ватаева.
