Только я приготовила себе завтрак, как Ной шокировал меня своим появлением. Он осторожно прошел к креслу, стоявшему между лестницей и кухней.
– Я собиралась за твоим завтраком в «Аннабель» через четверть часа, но могу сходить сейчас, если ты голоден.
– Не в настроении для еды навынос. Попытаю счастья с хлопьями.
– Хлопья – это слишком уныло. У меня тут овсяная каша, фрукты и тосты… Хочешь?
Ной пожал плечами, почти небрежно.
– Если у тебя хватит на двоих.
Я отвернулась, пряча улыбку. Иногда мне казалось, что ему не нужно зрение, чтобы разгадать взгляды, жесты и даже молчание.
Мы позавтракали вместе, перебросившись лишь парой слов, но сидя бок о бок. Его близость отвлекала меня, и я украдкой кидала на него взгляды, особенно на глаза.
Их цвет напоминал мне агаты, которые продаются в туристических магазинах в горах. Папа возил нас с Крисом в один, когда мы были детьми. Ты покупаешь округлый кусок ничем не примечательного серого камня, затем прямо при тебе его разрезают, и внутри оказываются кристаллы аметиста или белый кварц. В выбранном мною камне скрывалась слоистая гладь из зеленых, синих и коричневых цветов, покрытая золотистыми крапинками. Я была потрясена и счастлива. До этого я и представить не могла, что в уродливом куске камня может быть спрятана такая красота.
Позавтракав, Ной пробормотал «спасибо», соскользнул со стула и направился к лестнице.
Я замерла на полпути к раковине, с двумя тарелками в руке.
– Читать, – ответил он не останавливаясь.
– Подожди, – я поставила тарелки в раковину и поспешила к нему. – Я подумала… может, ты захочешь прогуляться?
Ной остановился, вздохнул и поник.
– Что если поем тут, а не наверху, ты сочтешь это своего рода прорывом.
– А это не так? – скрестила я руки. – За неделю ты дважды позавтракал со мной.
– Ты предложила мне овсянки, и я ее поел. Конец истории, – Ной продолжил путь наверх.
– Значит, гулять не пойдешь? – крикнула я.
– Не пойду, – отозвался он.
Я сжала губы, но улыбка все равно прорывалась наружу. Это прогресс, я чувствую это! Мне хотелось позвонить Люсьену и порадовать его хорошими новостями, но если Ной узнает об этом, то больше не доверится мне.
Днем он заказал свой обычный обед из ресторана, но поел его со мной за кухонной стойкой. Он не сказал ни слова, все еще находясь настороже. Но и это я считала шагом вперед, ведь Ной пытался придержать свой язвительный язык за зубами. Это побуждало меня не останавливаться на достигнутом, не сдаваться, как сделали остальные.
