Заслужить время, привязанность и любовь такой девушки, как ты…
– Такой девушки, как я?
– Да, Шарлотта. Такой, как ты.
Закусив губу, я ждала его объяснений и злилась на себя за то, что мне не хватает духу спросить самой.
– Ты когда-нибудь любил? – задала я другой вопрос.
– Никогда, – быстро ответил Ной. – Моя последняя девушка говорила, что любит меня, но я был с головой погружен в поиски адреналина. Я думал, что быть с кем-то означает сидеть на одном месте, а такое не для меня, – на его лице отразилась печаль. – Какая ирония.
– Я тоже чувствую себя загнанной в угол, – призналась я, – только иначе. На мое сердце словно повесили цепь с ядром, и нет возможности ни освободиться от нее, ни полюбить кого-то вновь.
– По-моему, с твоим большим сердцем трудно пасть духом.
– Я и не пала духом. Я просто чувствую себя дурой из-за своей доверчивости. Любовь научила меня двум вещам: она может казаться настоящей, но при этом быть сплошной ложью, и ее могут с кровью выдрать из твоей души.
Лицо Ноя вдруг ожесточилось, голос стал напряженным и резким.
– Зачем ты говоришь мне все это?
– Ты ведь сам об этом спрашивал.
Он многозначительно посмотрел на меня, хотя не знаю, как это возможно. В конце концов, он же слепой. Мои щеки вспыхнули от смущения.
– Ты хороший слушатель.
– Наверное, про меня можно так сказать, – фыркнул Ной.
– Про тебя можно многое сказать, – ответила я. – Теперь твоя очередь. Почему ты не хочешь примириться со своей слепотой и научиться жить с нею?
– Если я выучу шрифт Брайля или буду носить с собой чертову трость, то признаю, что теперь такова моя жизнь. Знаю, это глупо. Я слеп, приму я это или нет, но я не могу сдаться. Если сделаю это, то навсегда потеряю свою прошлую жизнь, – его голос смягчился в конце, натянутость ушла. – Я этого не хочу.
Я в нерешительности закусила губу.
– Но… не из-за этого ли ты все время злишься? Если ты перестанешь цепляться за прошлую жизнь, то, может…
– Моя нынешняя жизнь волшебным образом улучшится? Я верну себе малую часть того, что потерял, и буду доволен? – он покачал головой. – Невозможно. Я хочу все, что потерял. Все. Не только зрение, но и все то, что я мог делать благодаря ему.
– Ты не можешь этого вернуть, – как можно мягче заметила я, – зато можешь облегчить свою жизнь. Ведь есть технологии, которые можно попробовать.
– Нет, Шарлотта. Моя жизнь, моя карьера – все пропало в том прыжке со скалы.
– Ты можешь построить новую карьеру, – не уступала я.