Автор
Вступив в XII век, Наташа Ильина обнаруживает, как современные знания могут пересечься с мудростью древних времен, изменяя ход исторических событий и личности героев. Между двумя историями — прошлым и будущим — встает промежуточная фаза, необходимая для создания единого целого в сериях романов....
Что мог проспать — не верилось. Выкупив путёвки, успокоился и оставил затею вернуться в своё время? Причина? Разумеется, женщина. Он встретил свою судьбу и его планы изменились.
Что ещё?
О его преждевременной смерти думать не стоит, — неуютно передёрнула плечами Наташа. Также он мог вернуться в своё время. Нежданно-негаданно нашёлся другой выход. Шамси ушёл, уверенный в том, что она не настолько глупа, чтобы добровольно лезть в петлю. Усмехнулась: сказка о «загробной» жизни, как выразилась Татьяна, снова стала актуальной.
Испугался? — вела далее мысленный разговор с собой. Бояться было чего. Оказаться в автобусе, зная о его падении с моста, испытание ещё то. Но она же здесь. Не боится? Пока нет. Потому что в любой момент, хоть будет и проблематично, но можно повернуть назад.
Человек не должен знать часа своей смерти, — думала она озадаченно. А тут ещё и место смерти известно.
Засада, — вертелась девушка, устраиваясь на сиденье удобнее. Что-то же на мосту в Ингольштадте произойдёт. Погибнут люди."
"Не верилось, что нельзя предотвратить трагедию.
Она опустила спинку сиденья. Заснуть не удастся, но полудрёма её тоже устроит.
В салон поступал прохладный воздух. Люся, всё разъяснив и ответив на немногочисленные вопросы, заняла место рядом с водителем и затихла. Погас свет. Пассажирский салон наполнился едва слышным утробным гудением мотора и релаксирующей музыкой.
Услышав над собой громкий шёпот, а затем и возмущённый собачий визг, девушка открыла глаза.
— Простите, пожалуйста, — Роза Львовна одной рукой держалась за подлокотник кресла, а второй пыталась ухватить Мисси поперёк тела. — Не слышала, как она соскочила с моих колен.
И Наташа не слышала, как собака прыгнула на соседнее сиденье и устроилась рядом с ней на отдых.
— Не трогайте, пусть остаётся, — опустила она ладонь на короткую шелковистую шёрстку на загривке шпица. Погладила, и та лизнула её шершавым язычком по тыльной стороне ладони.
С тех пор так и повелось. Днём Мисси перебегала от одного туриста к другому, Люсю откровенно игнорировала, у водительского кресла долго не задерживалась: чихала и скребла пол задними лапами, закапывая «бяку», а Михая не переносила на дух, облаивая того при любом удобном случае.
