Автор
Вступив в XII век, Наташа Ильина обнаруживает, как современные знания могут пересечься с мудростью древних времен, изменяя ход исторических событий и личности героев. Между двумя историями — прошлым и будущим — встает промежуточная фаза, необходимая для создания единого целого в сериях романов....
Наташа ожидала увидеть шрам на шее в расстёгнутом вороте свободной рубашки, но различила лишь едва заметный шов, который с течением времени станет невидимым. Мужчина прислушался к её совету и сделал пластическую операцию? Значит, не так уж безразличен к своему внешнему виду.
— Так куда так спешил автобус? — настаивала Люся менторским тоном. — Вон там раздавленный аварийный фонарь, — махнула она рукой. — А вон там брошенная мазутная ветошь, хотя водитель знает, чем чревато подобное разбрасывание.
Мисси подняла голову и прислушалась. Звонко гавкнув, подпрыгнула к гиду и оскалилась.
— Ах ты, козявка! Тявкать на меня? — схватила Людмила шлёпанец, огрела им собаку и бросила «китайца» в костёр.
Взвился столб искр, послышалось потрескивание горящих сучьев, огонь окрасился в голубовато-зелёный цвет.
Наташа отвернулась от коптящего пламени и резкого едкого дыма, обдавшего лицо.
Шпиц в мгновение ока легонько цапнула Люсю за руку. Та ухватилась за её ухо:
— В следующий раз получишь по морде, поняла? Я тебе не хозяйка, быстро воспитаю. Будешь шёлковая.
Мисси поджала хвост и жалобно заскулила.
— Отстаньте от неё, — сжала Наташа руку обидчицы, и гид отпустила ухо шпица. — Нашли, на ком злость вымещать.
— Не видела ты меня злой, — парировала Люся.
Собака, вывернувшись, лизнула защитницу по руке и, обиженно оглядываясь, поплелась к Шамси. Тот подхватил её на руки. Выпрямился.
— Желаете знать правду, Людмила? — спросил напряжённо.
— Да, Шамси, скажи мне правду, — с вызовом бросила она, наблюдая, как он открывает рюкзак.
В руках мужчины появились огромные изогнутые ножны, богато украшенные серебром и золотом. Он вынул из них кривой кинжал с широким обоюдоострым изогнутым лезвием.
Женщина в страхе отшатнулась, отползая в сторону, а Наташа не сдержала восторженного возгласа:
— Джамбия! — загорелись её глаза. Холодное оружие всегда было её слабостью.
Шамси поддел кинжалом спёкшийся чадящий остаток шлёпанца и отбросил в сторону. Грозно глянул на замершую Люсю:
— Называйте меня на вы, Людмила Афанасьевна, как и сидящую рядом с вами женщину, — посмотрел на Наташу.
