Автор
Вступив в XII век, Наташа Ильина обнаруживает, как современные знания могут пересечься с мудростью древних времен, изменяя ход исторических событий и личности героев. Между двумя историями — прошлым и будущим — встает промежуточная фаза, необходимая для создания единого целого в сериях романов....
Что со мной? Какой здесь год?
Если за дублем Шамси она бы понаблюдала — и даже пообщалась — с интересом, то перспектива встретить себя малолетней или в преклонном возрасте, больной и немощной не была настолько привлекательной.
Какой отец? Какая сестра? — охватила паника. Вихрем промчалась картинка разорённого поместья: полуразвалившейся покосившейся избушки на курьих ножках, её убогой обстановки, табуны голодных крыс и полчища тараканов. Захотелось назад в давно ставшее своим время. Хотелось домой, в тот дом, где не было смерти, крови, убийц.
Мысли заметались в поисках выхода:
— Вы же сразу не планировали утаскивать меня с собой. А Людмила Афанасьевна? Прицепилась паровозиком? Мы же можем вернуться назад? Где находится ваша машина времени? Господи, она хоть на месте?
Шамси молчал. Следил за графом, сидящим на корточках у, судя по длинному платью, тела убитой женщины и крестился.
— Машины нет, — рассеянно ответил он. Его занимало настоящее. — Есть подвал вот в его замке, — указал кивком в сторону сиятельного.
— Нужно пойти в подвал, — схватила Наташа мужчину за руку. — А там… что там? Просто выход? Портал? Как вы настраиваете точное время, куда попасть?
— Никак, — покачал головой Шамси.
— Всё происходит стихийно, — закрыла глаза девушка в полном изнеможении.
Принцип действия портала неизвестен. Установить время и место перемещения невозможно. Если через портал не получится вернуться назад, для них это попадание станет путешествием в один конец.
Одна мысль опережала другую, и все они были чудовищными.
Существовала вероятность попасть в любой промежуток времени, начиная с эры динозавров, а то и раньше, и заканчивая эпохой с кострами святой инквизиции и массовых казней. Или вовсе попасть в годы смертельных эпидемий или очередной кровопролитной войны…
Вероятность не попасть в нужный год была настолько велика, настолько пугающе-отталкивающей…
В голове загудело от перенапряжения. Так жужжит готовая перегореть лампочка.
— Надо срочно пойти в тот подвал.
— Успокойтесь, Вэлэри, — подал ей мужчина кубок с водой. — Таблетку дать?
Зубы стучали о край оловянного кубка:
— Дайте… такую, чтобы я проснулась уже дома… на диванчике.
— Вы меня озадачили, — Шамси в самом деле выглядел встревоженным. — Придётся задержаться, как вы выразились, в этой петле времени, каким бы оно ни было. Я должен убедиться, что моего сына здесь нет.
