– И к чему этот танец, я совсем не понимаю…
– Я думал, мы договорились о перемирии.
– Да, но перемирие не значит, что ты можешь намекать брату, что мы занимались любовью, а потом в приказном порядке звать меня на танец.
Услышав ее слова, я не смог сопротивляться улыбке.
– Чем, ты сказала, мы с тобой занимались?
Ее взгляд забегал по моему лицу, а на щеках появился румянец.
– Я имела в виду, занимались сексом.
– Но сказала по-другому.
Моя рука проследовала ниже, накрывая ее соблазнительную попку.
В ее взгляде возникла угроза.
– Не думай, что я позволю тебе касаться меня.
– Забавно, ведь раньше ты умоляла об этом.
– Не льсти себе, Джефферсон, и держи свои руки в безопасной зоне, – огрызнулась она.
– Мне стоит уточнить, что в твоем понимании безопасная зона?
Я резким движением развернул ее и прижал спиной к своей груди. Она тихо застонала от неожиданности и потеряла равновесие, но я очень крепко держал ее. Гребаный торнадо не даст мне выпустить Джоанну из рук. Затем накрыл ладонями ее талию и принялся вести в танце, она расположила свои руки поверх моих. Опустив подбородок на ее плечо, я спросил шепотом:
– Это безопасная зона?
Она сделала несколько глубоких вдохов, прежде чем ответить.
– Хм, – промурлыкал я, накрывая рукой ее живот.
Я почувствовал, как она вздрогнула, однако не оттолкнула меня и не сказала ничего против.
– А это? Джоанна, это безопасная зона? – хрипло спросил я.
То, что она разжигала во мне, рвалось наружу и жаждало ее. Я увидел, как затрепетали ее ресницы, и поцеловал Джоанну в висок. Низ моего живота потяжелел, вся кровь сконцентрировалась в одном месте, что так беспардонно упиралось в ее задницу.
Рядом с нами танцевали люди, но, казалось, никто из них даже не замечает нас.
– Да, – выдохнула она почти на грани стона, и этот звук мурашками прокатился по моей спине. – Но не смей поднимать руку выше, это выходит за рамки безопасной зоны, – задыхаясь, предупредила Джоанна.
– А ниже? – осведомился я, чувствуя, что сам уже балансирую на грани. Мы двигались, и она постоянно терлась упругой задницей о мой член, сводя меня с ума и заставляя забыть обо всем. Если бы не все эти люди, я взял бы ее в центре зала, на этой чертовой мозаике.
Она молчала, и это молчание не устраивало меня.
– Джоанна, так ты хочешь, чтобы я опустил руку ниже? Хочешь, чтобы я коснулся тебя в самом низу? Готов поспорить, ты уже совсем мокрая там.
Она покачала головой. Ее грудь вздымалась при каждом вдохе, а пальцы вцепились в мои руки.
