Мне нужно поговорить с жертвами аварии.
Я печально улыбнулся и всплеснул руками.
— Я бы тоже хотел, господин Константинов… Только оба в медикаментозном сне.
— Вы позволите?
Я посторонился, пропуская майора в палату. Двое других особистов остались в коридоре.
Константинов заглянул за первую ширму, увидел покрытого синяками старика в отключке, скользнул взглядом по его браслету…
— А женщина?
— Примерно в таком же состоянии, вот она, — показал я на соседний отсек. — Не думаю, что в ближайшие часы они очнутся. А у дамы и вовсе повреждена челюсть…
Константинов смерил меня долгим и внимательным взглядом. Начал что-то подозревать? Или просто изучал меня, пытаясь понять, на что я способен. В конце концов, я ведь был их потенциальным «клиентом», как и всякий одаренный. К слову, перстень на руке майора был рубиновым. Весьма неплохо.
Осмотрев пострадавших, особист повернулся ко мне.
— У меня приказ допросить пострадавших. Также есть разрешение на установление охраны палаты в целях предотвращения иных инцидентов. Алексей Иоаннович, мне понадобится поговорить и с вами.
Я пожал плечами, изображая готовность к сотрудничеству.
— Буду рад помочь, но есть загвоздка. Я не являюсь совершеннолетним, поэтому прямо сейчас это сделать не получится.
Особист удивился.
— Сколько вам лет?
— Восемнадцать только через полгода. В декабре.
— Вас понял, — задумчиво произнес он. — Очень жаль. В таком случае мы пришлем вам вызов. Вы будете обязаны явиться на беседу в сопровождении уполномоченного представителя.
— Конечно. Но если без протокола — спрашивайте сейчас. Я действительно хочу помочь. Потому и велел выставить свою охрану.
Константинов снова внимательно на меня уставился. Вообще это был совершенно непримечательный мужчина неопределенного возраста. Лицо не приятное и не отталкивающее, мимо такого пройдешь и не запомнишь. Роста среднего, не худой и не толстый — весь он был какой-то средненький. И лишь глаза старались цепляться за каждую мелочь.
Интересно, у меня получилось сыграть перед ним юнца, который хочет казаться благородным рыцарем?"
"— Благодарю за предложение, Алексей Иоаннович, но я предпочту соблюдать правила. Я не имею права вас допрашивать без присутствия родителей или совершеннолетнего члена семьи…
— Очень хорошо!
Мы резко обернулись. На пороге палаты, словно разъяренная валькирия, стояла… светлейшая княгиня. Платиновые волосы разметались по плечам, алое пальто распахнуто, глаза горели ледяным огнем.
— Матушка… — я поклонился.
Особист вытянулся по струнке. С чем-чем, а вот с соблюдением этикета у этих ребят проблем точно не было. Видимо, нам попался весьма законопослушный майор.