Автор
Усадьба Светлейших князей Николаевых в далеком будущем летою. Жгучий зной и блестящие от дождя росы лиственные аллеи создают особую атмосферу. Вдруг появляется внезапно приглашенная сестра, принесшая ведерко с червями из ливня — это еще больше настораживает. Я сразу чувствую магию, но вежливо попросил бы медленнее....
Старший сын, Виктор, внешностью пошел в отца и весь род Николаевых — темноволосых, чуть смуглых, с темными глазами и легкой склонностью к полноте. А вот мы с Таней унаследовали гены Романовых и куда больше походили на мать: светловолосые и светлокожие, тонкокостные, жилистые, с более благородными чертами лица.
Даже в поединках со мной Виктор всегда пытался брать силой, а я — ловкостью и скоростью. И я неизменно побеждал.
— Давненько у вас тут дождя не было, все дороги в пыли, — сказал отец, отряхнув костюм.
— Здравствуйте, ваша светлость. Стараемся. Тренируемся с Таней каждый день. Как Гельсингфорс?
— Стоит, что же ему сделается… Финский парламент опять пытается провести поправки в императорские указы. Ничего интересного. Как мать и Татьяна?
— Взбудоражены новостями, но в добром здравии.
— Отлично, — кивнул светлейший князь. — Идем же в дом. Признаюсь, я ужасно проголодался и не прочь освежиться с дороги.
"Я уступил дорогу главе рода и уже хотел было войти следом, как ощутил толчок в плечо.
Виктор, так его и эдак! Попытался вклиниться в дверной проем сразу следом за отцом. Опять хотел показать, кто здесь главный наследник. Вот только не учел одного: светлейший князь в роду всегда один, а все остальные носят титулы из учтивости.
— Прочь с дороги, — прошипел старший брат, пихнув меня сильнее.
Я невозмутимо улыбнулся, толкнул дверную створку, и та треснула ему по голове.
На хамство нужно отвечать только силой.
— И тебе привет, Витенька, — улыбнулся я и скользнул следом за отцом в холл.
А еще братец зачем-то вырядился в точную копию отцовского костюма, словно так пытался указать всем вокруг на преемственность поколений.
Эх, Витя, не о том думаешь. Тряпками ты свой статус наследника не подчеркнешь. Для меня такие демонстрации показывали лишь неуверенность Виктора в себе.
Обычно в империи титул и основное состояние наследовались по праву старшинства. Но в исключительных случаях, если на то было получено согласие императора, эту традицию можно и обойти.
Я не гнался за титулами и регалиями. Мне, наоборот, нравилось положение высокородного аристократа у черта на куличиках. Даже ссылка была выгодна.
