Автор
В зале читального стола наступает тишина, словно ожидая нового приключений. Книги разных форматов — от маленьких карманников до величественных суперобложек — собрались в единое целое. Здесь есть что для душевного отдыха, что для головоломок и приключений. Светлый лик смерти ждет своих читателей, где бы они ни были: от тихого чтения на станциях метро до дальних путешествий в электричках или автобусах....
Какая бы она ни была, но ее больше нет. Не нужно тревожить ее память. Лучше посоветуй, как быть с Любой. Как мне себя вести, если я встречусь с ней на похоронах?
– Не знаю, – резко ответил Томчак.
Ему очень хотелось сказать что-нибудь грубое, вроде «ты заварил – ты и расхлебывай. Когда Милу в постель укладывал, ты у меня советов не спрашивал», но он понимал, что с друзьями так себя не ведут. Володя просит совета и помощи, и ему надо помочь, а не читать нравоучения.
– Если хочешь, мы с Ларисой возьмем Любу на себя, когда она появится.
– Ты уверен?
– Конечно. Если бы она считала, что ты должен с ней объясниться, она пришла бы к тебе, не дожидаясь, пока ее соперница…
Томчак запнулся. Что он говорит? Идиот. Его послушать, так получается, что Люба, может быть, и не думала объясняться со Стрельниковым, пока была жива Мила. Она ждала ее смерти. Ждала… Черт, бред какой-то. Люба не могла этого сделать.
Стрельников снова умолк, глядя на огонь. В отблесках пламени его лицо казалось высеченным из камня, каким-то мертвенно-неподвижным и неожиданно жестким.
– У меня к тебе еще одна просьба, Слава, – негромко сказал он. – Меня уже допрашивал следователь. Его очень привлекает версия убийства из ревности. И два самых перспективных подозреваемых для него – это я и Люба.
– Ты? – удивился Томчак.
– Потому что Мила вела весьма активную жизнь за моей спиной. Но я этого не знал, честное слово, Славка, я клянусь тебе, я этого не знал. Мне об этом сказал следователь. У меня не было причин ревновать ее. Ты мне веришь?
– Верю. Значит, ты считаешь, что это сделала Люба?
– Не имеет значения, что именно я считаю. Я не убивал Милу. И ни в коем случае нельзя допустить, чтобы убийцей оказалась Люба. Ты меня понимаешь?
Да, Томчак это хорошо понимал.
