Я собиралась забрать этот корабль, тех, кто пожелает пойти за мной, и разорвать все связи с «Цербером», как только наши пути разойдутся. Поначалу я думала, что и Джейкоба, и Миранду придется вышвырнуть в открытый космос или же, в случае моего особо хорошего расположения духа, высадить их на какой-нибудь луне, но в последние несколько дней я пришла к выводу, что мне, возможно, удастся переманить Джейкоба вместе с его идеализмом. Может быть, это же получится и с Мирандой. Посмотрим.
Эта идея была моей путеводной звездой, чем-то, что я могла держать при себе, тогда как все остальное, окружающее меня, несло на себе гребаный логотип «Цербера». Это служило мне напоминанием, что я им не принадлежу и никогда не стану их собственностью. Когда эта мысль впервые пришла мне в голову, я вновь почувствовала себя семнадцатилетней девчонкой, глядящей на своего босса, но не слышащей ни слова из сказанного им; приятная теплота разливалась в груди от того, что я знала что-то, неизвестное ему – что он вскоре умрет и последние мгновения проведет, сожалея, что недооценил меня. Сейчас я чувствовала то же самое. Пусть даже я отдам жизнь ради достижения своих целей, но это будет мой выбор - не их. Я была уверена в том, что поступала правильно. Альянсу придется принять это. Как и Кейдену.
Кейден. Мне следовало связаться с ним, объясниться. Я слишком долго откладывала это, опасаясь получить ответ, который не смогу вынести, но время пришло."
"Вполне вероятно, он уже слышал обо мне, видел записи камер наблюдений или что-нибудь в этом роде. Я не слишком-то скрывалась на Омеге, да и в других местах, и пусть на мне почти всегда был надет шлем, а на Цитадели я старалась вести себя тише воды, ниже травы, однако слухи о моем возвращении наверняка циркулировали по всей галактике. Эту истину я игнорировала уже в течение некоторого времени, по-детски надеясь, что проблема разрешится сама собой.
Я понятия не имела, как он воспринял новость. Сейчас мы с ним находились на разных волнах. Для меня прошло менее месяца; я перешла на работу в другую организацию, занималась новой миссией, но мои чувства остались теми же, какими они были на первой «Нормандии». Для него прошло более двух лет, он поднялся по службе. Да, я все еще могла отдавать ему приказы как агент N7 и Спектр, но он уже никогда не будет тем же самым лейтенантом, которому я велела направляться к спасательным челнокам, потому что опасалась за его жизнь в случае, если его потянет на подвиги.
Но я должна по крайней мере попробовать. Ради него. Я хотела, чтобы он узнал это от меня, а не кого-то, кто извратит факты и представит мою работу с «Цербером» чем-то, чем она не являлась.