Она двигается среди ящиков и кучек холода в темной одежде, пистолет наизготове. Воздух наполнен выстрелами — двенадцать раз, полная обойма. За несколько минут она убивает десять человек, ни разу не перезаряжая оружие. Последней жертвой становится мистер Калверн, который пытается бежать, но она точно прицельно выстрелила в его голову....
- Спасибо, Аленко, – ответила я, откусив большой кусок батончика и лишь сейчас обратив внимание, что он был рассчитан на две порции. Заметив, что смущение и дискомфорт, вызванные оплошностью лейтенанта на Иден Прайме, буквально волнами исходят от него, я милосердно добавила: - И спасибо за то, что вытащил меня. Я ценю это.
Я не стала упоминать, что если бы не он, я могла бы провести последние пятнадцать часов, находясь в сознании, и с целым маяком на борту. Не стану лгать, иногда иметь его под рукой было полезно, однако, как правило, я не любила полагаться на других людей, и особенно я не любила, когда мне приходилось следить за ними во время задания.
- Самое малое из того, что мы могли сделать, мэм. – Я строго глянула на него, и, мгновенно смутившись, он поспешил исправиться: - Простите, «коммандер».
Я просто ненавидела обращение «мэм».
- Можешь звать меня Шепард. Я не сторонник жесткого следования протоколу, - сказала я, откусив еще кусок, и Кейден кивнул. Слабая улыбка постепенно растаяла, уступив место задумчивому выражению на его точеном лице, и я уже знала, что он собирался сказать.
- Мне правда очень жаль… что так вышло с маяком. Глупо было с моей стороны. Помню, что хотел взглянуть поближе, а затем… я хочу сказать, что этого больше не повторится, коммандер. То есть, Шепард.
Отчасти я была поражена тем, что лейтенант понимал, что не оправдал моих ожиданий, и случившееся стало результатом его необдуманных действий.
- Я же сказала, не волнуйся об этом. Такое случается, облажаться мог каждый из нас. По крайней мере, я жива, чего не скажешь о большинстве колонистов.
