Она вполне могла отказаться даже встречаться со мной, но я должен был попытаться. Я должен был увидеть ее, пусть лишь для того, чтобы сказать, что верю ей, хотя другие и не разделяют моей убежденности.
- Мы уже говорили, что не можем этого позволить, - тоном уставшего от жизни бюрократа заявил он. – Контакты с посторонними запрещены, правила есть правила.
- И вы все еще продолжаете утверждать, что она гостья, а не узница, да? – бросил я, глянув на монитор камеры, следящей за ее дверью, у которой стоял вооруженный охранник.
- Джина Шепард – наша гостья, - бойко проговорил человек, произнося ее имя неправильно, хотя я упомянул его каких-то две минуты назад. – В конце концов, она пришла сюда добровольно, как вы сами сказали.
- И, стало быть, уйти она сможет, когда пожелает, - заметил я, поднимаясь и направляясь к двери. – Помните об этом, продолжая ставить под сомнение слова женщины, которая уже спасла галактику однажды.
************
Шепард
«Может, все же стоило послать ему видео», - размышляла я, вспоминая те напряженные до предела часы перед прыжком через ретранслятор «Омега-4». По крайней мере оно являлось бы доказательством того, что я на их стороне. И пусть даже они не поверили бы мне, но у них имелась бы запись того, как я оглашала свои планы по поводу «Нормандии»; они бы знали, что «Цербер» не имел никакого отношения к инциденту - как его называли в Альянсе - в системе Бахак, и что я сделала это не по велению террористов.
Но в то же время ему стало бы известно о том, что я все еще чувствовала к нему, а я не была к этому готова. Во всяком случае, не сейчас. Может быть, никогда.
Я выключила планшет, отложила его на прикроватный столик, откинулась назад и уставилась в такой знакомый теперь серый потолок. Планшет практически не содержал информации о последней миссии – я была слишком ослеплена успехом, слишком полна оптимизма, чтобы вести журнал, а кроме того, до прибытия на Землю я убедилась, что стерла все, что могло ухудшить мое положение.
Я удалила фото Кейдена вместе со всеми остальными – это был мой маленький секрет, и я с каким-то мазохистским удовольствием постоянно напоминала себе, что того времени не вернешь. В любом случае это не имело значения – вскоре он прибудет на Землю, так? Он обещал поручиться за меня, если возникнет такая необходимость, и сейчас я, черт возьми, нуждалась в нем.
Меня никто не слушал. Казалось, они просто хотели, чтобы я на самом деле оказалась преступницей, хотели доказать, что я всего лишь псих, видящий сны о космических монстрах, якобы заставивших меня уничтожить целую звездную систему. Никто не желал слышать мои предупреждения, мои слова о том, что время уходит, и нам надо успеть подготовиться.
Мне вспомнилась наша с Кейденом беседа, состоявшаяся несколько лет назад. Я как в воду глядела.