Не знаю, почему кричала на него, почему обвиняла в чем-то, использовала, как боксерскую грушу, на которой можно выместить собственные страх и вину. Мне бы уже давно следовало знать, что, чувствуя угрозу, я набрасываюсь на первого, кто попадается мне под руку. Я ненавидела себя за то, как раз за разом поступала с ним, наказывая за то, что он посмел заботиться обо мне.
Мы оба находились под огромным стрессом и отдавали себе в этом отчет, но он не обязан был брать на себя роль моего гребаного психотерапевта, я сама не хотела этого. Я задавалась вопросом, вел бы так себя любой на моем месте, или подобное поведение тоже являлось последствием детских травм? Почему я продолжала отталкивать близких мне людей, даже несмотря на то, что одновременно так сильно хотела…
- Я люблю тебя, - произнесла я одними губами, нежно касаясь седины на его висках, запечатлевая в памяти каждую черточку его лица, будто видела в последний раз. Мне так хотелось поверить в то, что он говорил. Я знала, что он старался утешить меня, подставить плечо, когда никого больше не было рядом, но он и сам нуждался в утешении. Мы оба знали – черт, да все знали – что наблюдаем конец света. Если мы потерпим поражение, у нас не будет второго шанса – Жнецы соберут свою жатву.
Кайден говорил, что все будет хорошо, что мы выживем и сможем жить дальше, хотел заставить меня поверить в свет в конце туннеля, но если я когда-то и верила во что-то подобное, то теперь эти дни остались позади.
После сегодняшних событий. Я не понимала, как можно верить в победу после сегодняшних событий."
"С какой-то нереальной ясностью, снизошедшей на меня после эмоционального срыва, я осознала, что все просто обязано закончиться хорошо. Обязано. Мы найдем способ – я всегда нахожу – и мы добьемся своего. Боли и несчастий, что я пережила, хватит на несколько жизней, и все ради спасения этой никчемной галактики. Я не собиралась больше делать это для кого-то – отныне я буду заботиться только о себе ради возможности однажды стать по-настоящему счастливой. Я хотела жить в спасенной мною галактике, и я хотела, чтобы Кайден был рядом, потому что, глядя на него сейчас, осознавала, что безумно боюсь потерять то, что уже имею.
Более того, если быть честной, то этим днем, не имея сил отогнать неугодную мысль, я осознала, что глубоко внутри боюсь абсолютно всего. Холод заполз в душу, поднимая дыбом волоски на руках и словно стальными тисками сжимая сердце. Я снова подумала о будущем – обо всем, что нам придется сделать, чем еще придется пожертвовать, и впервые в жизни мне захотелось сбежать. Эта непрошеная идея не желала оставлять меня, все глубже запуская свои щупальца и наполняя неприязнью к самой себе.