И теперь мы занимались разработкой плана, обещающего стать кульминацией всего, через что нам только пришлось пройти с того дня, когда Шепард активировала маяк на Иден Прайме. Потраченные силы, боль и потери окажутся наконец оправданными, если только нам удастся задуманное. Штурм главной базы «Цербера». На этот раз мы собирались сделать первый шаг, уничтожить их и занять место во главе флота, с помощью которого освободим Землю и всю остальную галактику. Нужды в этом отклонении от главного курса вообще не должно было возникнуть, люди, управляющие «Цербером», должны были лучше понимать, к чему могут привести их эксперименты. К счастью, Джена была хороша в том, что касается полного уничтожения, а именно это от нас и требовалось.
До прибытия к пункту назначения оставалось совсем немного, и, казалось, каждый на борту корабля понимал, как дороги эти часы. Мы знали, что ожидает нас впереди.
Я хотел провести это время с Дженой, наслаждаясь тем, что мы имели, что смогли вернуть, и продолжая лгать друг другу, что все будет хорошо и мы все останемся в живых, несмотря на окружавшие нас со всех сторон смерть и разрушение.
Порой я видел, как на нее влияет бремя командования, тяжесть понимания, что именно стоит на кону. Об этом говорили плотно сжатые губы и затаившаяся в глазах печаль, не исчезавшая, даже когда Джена улыбалась мне и соглашалась с тем, что «Цербер» и даже Жнецы не ровня нам, и что мы обязательно победим.
Все это было просто нечестно. Я и прежде влюблялся, но никогда так. И теперь, когда я наконец-то нашел ее – ту самую, единственную – то, что она оказалась коммандером Шепард, женщиной, чья жизнь полна горя и боли, представлялось мне совершенно несправедливым. Конечно же, я мог попытаться защитить ее, возможно, даже взять на себя часть ее ноши, но… я понимал, что рано или поздно придет время, когда мне придется отпустить ее, позволить самой исполнить свое предназначение, решить проблему, которую не в состоянии решить никто другой.
После всего, через что она прошла, галактика снова просила от нее невозможного. Джена уже так многим пожертвовала, но всегда найдется кто-то, кто попросит от нее еще большего. Однако мое мнение о том, насколько несправедливой была ее жизнь, не отменяло необходимости всего того, что Шепард делала, а мне оставалось лишь стараться хоть как-то облегчить ее участь."
"И я был намерен сделать это, проследить, чтобы она насладилась каждой каплей счастья, подаренной нам скупой судьбой, на случай, если мы не увидим рассвета завтрашнего дня. По расчетам мы должны были прибыть к базе «Цербера» примерно через десять часов.
Ночной цикл на корабле уже начался, и час назад Джена, тревожно хмурясь, поднялась к себе.