Она двигается среди ящиков и кучек холода в темной одежде, пистолет наизготове. Воздух наполнен выстрелами — двенадцать раз, полная обойма. За несколько минут она убивает десять человек, ни разу не перезаряжая оружие. Последней жертвой становится мистер Калверн, который пытается бежать, но она точно прицельно выстрелила в его голову....
– Месяцы, проведенные в больнице, казались мне адом. Я думал лишь о том, как бы поскорее встать на ноги. Сомневаюсь, что когда-либо в жизни занимался так усердно, но сегодняшний день показал, что оно того стоило.
Запрокинув голову, я лениво посмотрела ему в лицо.
- Еще чуть-чуть и я поверю, что ты скучал по сумасшедшим событиям, постоянно происходящим вокруг меня.
Кейден широко улыбнулся и коснулся моего носа своим – этот жест еще несколько лет назад я бы посчитала невыносимой телячьей нежностью, но сейчас он наполнил меня радостью.
- Я скучал по тебе, - прошептал он и, склонившись, мягко и неторопливо поцеловал меня, и моя кожа покрылась мурашками.
Кейден был гладко выбрит, и легчайшее трение кожи наших щек напомнило мне о том дне, когда наши губы встретились впервые – страстно и отчаянно. Я думала, что первый раз станет и последним, но уже тогда мне следовало бы знать, что Кейден Аленко не такой, как остальные.
Его ладони двинулись по моей спине вверх, пальцы скользили по ложбинке позвоночника, и когда он слегка отстранился, меня пронзила дрожь.
Несколько мгновений мы стояли неподвижно. С самого окончания войны, с того дня, когда он очнулся в больнице, мы старались сохранять дистанцию. Случайные поцелуи оставались такими же легкими и быстрыми, как этот, а после мы отстранялись друг от друга и делали вид, что ничего не произошло, потому что не могли рассчитывать ни на что больше – не с его травмами. Сегодня же у нас не было ни времени, ни возможности на то, чтобы как следует поприветствовать друг друга после долгой разлуки.
Руки Кейдена скользили по моей спине, а затем он обхватил меня за ягодицы, прижимая к себе. Я поднялась на носочки, чтобы обнять его руками за шею, и приоткрыла рот, чтобы вновь ощутить его вкус. С моих губ сорвался стон удовольствия, как только наши языки соприкоснулись.
