— Потом я убью тебя, подлый вор, обесчестивший рыцарское звание!
Горвель иронически поклонился, но меч из рук не выпустил. Солнце опускалось за горизонт, мародеры выглядывали из-за камней, двое демонстративно точили мечи о камни, переговаривались. У подножия остался
только один, не считая двух раненых, остальные неспешно карабкались вверх, готовые к броску под покровом темноты.
Томас зло сопел, буравил Горвеля огненным взором. Его пальцы побелели, стиснутые на рукояти меча. Горвель насторожился, подобрал под себя ноги, готовый вскочить в любое мгновение.
Олег поднял руку, сказал медленно:
— Возможно, скоро все мы погибнем. Подходящий момент для правды, не так ли? Сэр Горвель, вы буквально ошарашили всех. Король вам дал в дар, в вечное пользование обширные земли, массу сел и деревень с народцем. У вас замок, верные вассалы, прекрасная жена, вы ждете наследника… И вдруг — бросаете все, превращаетесь в преступника! Бежите из собственного замка. Зачем? Почему?
Горвель с мрачной насмешкой молчал загадочно.
Олег спросил внезапно:
Горвель быстро взглянул на него, смолчал. Олег нарисовал в воздухе перевернутую восьмерку. Глаза Горвеля расширились. Олег нарисовал другой знак, все так же не отрывая взгляда от лица Горвеля. Тот дернулся, стиснул меч крепче. Олег провел в воздухе черту и обвел ее кругом. Горвель побледнел, вскочил:
— Этого… этого не может быть!
Томас ошарашенно переводил взгляд с рыжебородого рыцаря на калику. Олег нехорошо улыбнулся:
— Значит ты всего лишь подмастерье… Но за кражу Святого Грааля тебя бы возвели в звание мастера? Гм, могли бы перевести сразу в…
Он замолчал на полуслове, нарисовал сложный знак. Горвель прошептал ошеломленно:
— Кто ты?.. Откуда знаешь наши тайные знаки?
Олег нарисовал еще знак, спросил быстро:
Горвель сказал дрогнувшим голосом:
— Это знак высших рангом. Мне недоступно… Ты — один из гроссмейстеров?
Олег медленно покачал головой:
— Я мог бы обмануть тебя, зная эти ритуалы и тайные знаки, заставил бы повиноваться слепо. Сэр Томас, этот человек состоит в тайной организации, мощь которой превосходит королевскую или императорскую. Служат там вернее, ибо служат не королю или сеньору — те всего лишь люди, — а Идее!
— Идее прогресса, идее цивилизации.
Горвель смотрел исподлобья, на лице его было недоверие, сомнение, даже страх, словно еще верил — калика ведет какую-то игру, вот-вот откроется, подаст знак, по которому он, сэр Горвель, обязан беспрекословно повиноваться. И он повинуется, как повиновался, когда ночной гонец показал тайный знак и велел покинуть все нажитое таким трудом, украсть чашу и во всю прыть вести в указанное место.
— Разве это неверная идея? — спросил Горвель прощупывающим голосом.