Томас отошел в сторону, чтобы не будить, радуясь возможности отодвинуться от презираемого Горвеля, мерзавца, который украл Святой Грааль у своего гостя, а потом еще пытался подло убить, сбрасывая тяжелые камни… Не сгорает от стыда, чудовище, разговаривает, как ни в чем не бывало! Мог бы держаться ближе к разбойникам, они ему ровня, так нет же — трется возле него, человека…
Внезапно снизу из темной долины донеслись крики. Ближайший к горе костер вспыхнул ярче, Томас разглядел крошечные фигурки мечущихся людей, как призраки пронеслись всадники. Загорелись ярче и другие костры. Внизу блестело оружие, яростные крики доносились громче.
— Они схватили его! — вскрикнул Горвель.
В голосе рыжебородого рыцаря слышалась откровенная досада, сожаление, и Томас ответил сердито:
— По крайней мере он успел поразить хоть кого-то! В отличие от нас, что умрут бесславно.
— Такой крик зря не поднимут, — согласился Горвель.
Чернобородый, свирепо ругаясь растолкал второго разбойника, вместе с подхватившимися мародерами они со страхом и тревогой всматривались в далекий отблеск костров, мелькающие фигурки. Чернобородый быстро выкарабкался из расщелины, вскрикнул возбужденно:
— Можем выбраться! Они схватили паломника, сейчас все внимание на нем. Я не знаю, чьим святым мощам он кланялся, но наверняка успел сломать спину не одному! Про нас пока что забыли!
— А дьяволы, что нас сторожат? — спросил его разбойник.
— Они наверняка сбежали вниз. А если кто и остался, то вы же служили в императорской гвардии!
Мародеры переглянулись, начали спешно карабкаться из расщелины. Мечи и кинжалы блестели в их руках. Чачар вскочила, зябко кутаясь в плащ Томаса, жалась к рыцарю. Горвель поколебался, глядя то вслед разбойникам и мародерам, то на Томаса с дрожащей Чачар.
— Сэр Томас, нам придется временно соединиться с этой мразью. Даже если они все погибнут, то мы, двое сильнейших рыцарей, прорвемся! А там решим спор в поединке. Согласен?
— Нет, — отчеканил Томас без колебания. — Друг попал к врагам. Я обязан его спасти. Или погибнуть, пытаясь спасти.
— Обязан, — повторил Горвель со злой насмешкой. — А как же поединок?
— Мой меч тебя найдет, подлец, — сказал Томас с ненавистью. — Но сперва я попытаюсь спасти сэра калику. Если погибну, то это будет смерть христианского воина.
— Твоя смерть не будет ни христианской, ни воинской. Ты не видишь, что делается за твоей спиной!
Томас повернулся. Перед ним был пустой склон горы, темень, он услышал испуганный вскрик Чачар, начал поворачиваться к Горвелю, но на голову обрушился страшный удар. В глазах вспыхнуло белое пламя. Он беззвучно рухнул на землю, скатился на несколько шагов вниз в расщелину.