Святой Грааль — читать онлайн бесплатно полностью

К счастью, муравьи не выравнивали стены колодца, для рук и ног остались выступы и вмятины. Когда сам окунулся в тень, увидел в стене колодца раздваивающийся ход. Калика конечно же, выбрал худший.

Опускался он еще долго, может быть, полз бы до самого дна, а там вылез черепахе на спину — некоторые уверяют, что земля стоит на трех китах, а то и слонах, — но муравьям наверняка самим надоело рыть по прямой, или же ошиблись, черное дурачье, но вскоре Томас заскользил по крутой горке, изредка цепляясь за торчащие из косогора камни — вклеено намертво, не оторвешь! Если бы строители башни Давида уговорили муравьев помочь, крестоносцам не разрушить бы кладку.

Длинный туннель постепенно выравнивался. Все еще опускались, но Томас уже оторвал руки от стены. Металлическая перчатка скользила как по зеркалу! Слюна скрепила стенки словно крепчайшим клеем, камни торчат, высовываются, но не выломать, разве что отколоть половинку, да и то, если не покрыт слюной весь — Томас попробовал на ходу ковырнуть кончиком меча, на гладкой поверхности не осталось даже царапины.

Вдобавок слюна еще и светилась, не так мощно, как факелы, но посильнее мха, который давал свет агафирсам. Впрочем, если муравьи на много миллионов лет старше людей, то могли бы за это время придумать освещение и получше. Люди бы наверняка додумались… Правда, они не могут быть старше людей, потому что Господь сотворил человека всего восемь тысяч лет тому, да сперва сотворил человека, а уж потом всяких там зверей и муравьев!

Томас споткнулся на ровном месте, внезапно вспомнив неясные намеки агафирсов, и даже демона в Константинополе, которого он сразил так отважно, что его друг калика живет очень долго, чуть ли не восемь тысяч лет, а ведь каждому христианину известно твердо, что на земле только дьявол живет эти восемь тысяч лет, ибо его создал Господь в первый день творения, когда отделил свет от тьмы…

Олег нетерпеливо оглянулся:

— Сэр Томас, не спи!

— Замечтался, — буркнул Томас.

Он заставил себя взять в руки, хотя брать в руки всякую гадость не хотелось, а он ощутил себя именно гадостью, ибо осмелился подумать гадкое о человеке, который не только спасал ему не однажды жизнь — это пустяки, сочтемся! — но не раз брал чашу с Христовой кровью в руки, что грешникам непозволительно, а уж сатана бы сгорел или хотя бы ожегся…

Он натыкался на спину Олега, стукался о выступающие камни.