Автор
В юности герой оказался втянутым в военные действия, где нарастает напряжение вокруг дронов и меняющейся ситуации. По мере развития конфликта появляются новые интриги и опасности, связанные с войной и борьбой за выживание. Начинается противостояние с развивающимся маховиком событий.
Теперь в спорткомплекс, если водила поднажмет, как раз к началу успею.
Так и получилось. Отрабатывая второй червонец, таксист постарался, и опоздал я всего на какие-то пять минут.
— Подождать? — спросил он, когда я расплачивался.
— Не надо, спасибо, хватит на сегодня, накатался. Теперь до зарплаты бы дотянуть…
Таксист хмыкнул, и ничего более не говоря, уехал.
Кататься на такси удобно, но светится лишний раз ни к чему. Я и так отличился, не выпендрился бы перед Катей, может и обошлось бы, не пришлось бы людей на тот свет спроваживать. И хотя мне их совсем не жалко, но и хорошего ничего нет. Я когда на войне первый свой «фраг» исполнил, думал спать плохо буду, мучаться. Не скотину безмозглую, человека жизни лишил. Но зря переживал, ни разу ни во сне, ни в бреду пьяном, мертвецы мои мне не являлись. Иной раз я и сам даже, когда уснуть не мог, считал их, вместо овец. Сумасшествие это, или ещё что, не понятно, но факт, было дело. Думал здесь, когда заново всё, не полезу в дерьмо больше, но опять не вышло, видать на роду написано.
А народу собралось много. Конечно основная масса это зрители, но и состав участников внушительный. Первый этап «крутили» сразу на двух рингах, в первую очередь для экономии времени, но ещё и потому что отсев не всегда интересен. Вот отберутся нормальные бойцы, тогда и поглазеть можно, поболеть. Да и объявлять нормально будут, чтобы понятно кто где, а если совсем серьезно подойдут, может даже «купальщиц» под это дело зафрактуют.
— Опачки! Какие люди и без охраны! — непонятно откуда нарисовался мой давний соперник, и просто говно-человек, Данила Матроскин по кличке Простокваша.
— Отвали… — равнодушно отмахнулся я, зная что Простокваша на прямой конфликт не пойдет, тем более на людях. Подосрать тишком, нагадить пока никто не видит, тут да, тут он мастер. А так чтобы в открытую, слабоват.
— Я чёт не въезжаю, а ты че такой грубый? — оскалился Простокваша. — Баба не дала?
— А ты и не въезжай, стой где припарковался, и вообще, Простокваша, иди куда шёл, я тебя не трогаю, и ты меня не трогай…
— А то что? — набычился тот, очень уж не любил когда его простоквашей в открытую называли.
— Мурло набью. — обрисовал перспективу я, после чего простокваша молча удалился. Конфликтовали мы с ним давно, невзлюбив друг друга ещё со школы, но сколько бы он не пыжился, победа всегда оставалась за мной. И бил я его, чтобы не соврать, как минимум раз двадцать. Причем, это не считая ринга, тут вообще без счета.
