Автор
В юности герой оказался втянутым в военные действия, где нарастает напряжение вокруг дронов и меняющейся ситуации. По мере развития конфликта появляются новые интриги и опасности, связанные с войной и борьбой за выживание. Начинается противостояние с развивающимся маховиком событий.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «"Святые" 90-е Пионер – том первый» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В юности герой оказался втянутым в военные действия, где нарастает напряжение вокруг дронов и меняющейся ситуации. По мере развития конфликта появляются новые интриги и опасности, связанные с войной и борьбой за выживание. Начинается противостояние с развивающимся маховиком событий.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Клим Ветров Легкое чтение Любовные романы Попаданцы Самиздат подборки серии
В юности герой оказался втянутым в военные действия, где нарастает напряжение вокруг дронов и меняющейся ситуации. По мере развития конфликта появляются новые интриги и опасности, связанные с войной и борьбой за выживание. Начинается противостояние с развивающимся маховиком событий.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Прошёлся по кухонным ящикам, пусто. Родители пили мало, только по праздникам, но спиртное в доме было. Вопрос где?
Через полчаса поисков все же наткнулся на заботливо завернутую в полотенце бутылку водки с высоким горлышком и гордой надписью на этикетке — «Столичная».
Ну да, родители её берегут, раз так упаковали… На новый год запрятали, наверное.
Покрутив бутылку в руках, вспомнил её противный вкус. А ведь дефицит.
В «моё» время слово дефицит употребляли крайне редко, ибо товаров всяких было завались. Главное плати, и бери что хочешь. Здесь же совсем иначе, ибо в дефиците практически всё, наверное кроме уксуса, соли и хлеба.
Говорят при союзе, то есть до перестройки, прекрасно жили. В плане отношений человеческих, да, так оно и было. Но вот товаров народного потребления, мягко сказать, не хватало. Про Москву и Питер не скажу, не знаю, а в нашем захолустье чувствовалось это особенно сильно.
С продуктами ещё куда ни шло, с голоду не помрёшь, а вот вещи, техника, транспорт — причем любой, от коньков до автомобилей — в дефиците. В общем, вспомнил я всё это, и не стал вскрывать бутылку, завернул её, да обратно спрятал.
Вернулся на кухню, — доесть яичницу пока не совсем остыла. Потом вспомнил что на антресоли обычно держали закрутки, заглянул, точно. Не много, но есть. Потянулся, поперебирал баночки, выбрал майонезную с «огоньком», вскрыл, и густо намазав содержимое на хлеб, продолжил трапезу.
Хлеб, кстати, показался мне не таким уж и вкусным каким был в воспоминаниях. Может не очень свежий попался, но не было того ощущения, когда откусываешь корочку, а она и твердая, и мягкая одновременно.
А что если это вообще не то чем кажется, и на самом деле лежу я где-нибудь под кустиком, остываю, а мозг сам по себе фантазирует?
От этой мысли аж нехорошо стало. Поднялся, выглянул в окно, ущипнул себя за руку. Сильно ущипнул, так что скривился от боли. Но нет, вроде не бред. Взял хлеб, понюхал. Пахнет здорово. Может показалось?
Ладно. Успокоил сам себя. Лишнее всё это, меньше надо чуши всякой придумывать, не хватало до кучи ещё и в дурку отъехать. Сейчас, когда первые впечатления от перемещения отпустили, лучше о будущем своем поразмыслить. Сопоставить, так сказать, хотелки и могелки. Чего хочу, и что могу.
Тут я подвис. А ведь на самом деле, чего я хочу? Ну вот так вот, перед самим собой?
Богатства? Славы? Власти?
Да в гробу я это видал. Хватит, нюхнул всего помаленьку, иммунитет заработал чтобы больше не хотелось.
Вопрос как сложный, так и простой одновременно.
А может просто жизни? Самой обычной? Институт поменять, на истфак перевестись, — раскопки капищ древних, рукописи всякие, манускрипты. Меня всегда история увлекала, но всерьез я её почему-то не воспринимал.
