Потому что это все, что я могла сделать. Было бы не так, если я действительно имела выбор. Я выдавила улыбку, когда подошел официант. Данте расплатился и встал. Он поднял мое пальто, которое я бросила на спинку сиденья, и протянул мне. Его глаза говорили о другом.
Я встала и позволила ему помочь мне надеть пальто. Я задрожала, когда его руки коснулись моих плеч, и он наклонился ближе, его рот рядом с моим ухом.
— Не пытайся убежать или сделать что-нибудь глупое, Ария. Мне бы не хотелось причинять тебе боль.
Я снова отрывисто кивнула, и он отпустил мои плечи, затем схватил меня за руку. Я напряглась еще больше, но последовала за ним к его «Мерседесу». Он открыл передо мной пассажирскую дверцу, обшаривая взглядом окрестности, пока я проскальзывала внутрь. Когда он закрыл дверь, у меня перехватило дыхание. Сердце бешено колотилось в груди. Мы были на войне. Война.
А я была женой капо и попала в плен к банде.
Чикаго когда-то был моим домом. Данте знает меня всю мою жизнь.
Данте не был известен тем, что причинял боль женщинам, но что если он использовал меня как рычаг? Сильная волна тошноты накрыла меня, и потребовалась вся моя сила воли, чтобы подавить ее.
Данте сел за руль и вывел машину на улицу.
Он был сосредоточен на движении, но я знал, что он знает о каждом моем движении.
— Тебе не следовало приезжать в Чикаго, — сказал он, глядя в зеркало заднего вида, как будто ожидал, что кто-то последует за нами. Я боялась, что он прав. Лука был прав. Я действовала не думая, когда дело касалось моих братьев и сестер.
В конце концов Данте свернул в сторону, напугав меня, и ударил по тормозам. Мы находились в пустынной местности возле железнодорожных путей. Он ничего не сказал. Я закрыла глаза. Это было место, где никто не услышит моего крика, место, где можно избавиться от тел.
Мои пальцы сжались на коленях, когда я вспомнила о ноже, который купила сегодня днем, в моей сумке. Сумка, которая была у меня между ног. Но чтобы добраться до него, мне пришлось бы наклониться и расстегнуть молнию на сумочке. И чтобы выбраться из этой машины живой после того, как я ударю Данте ножом, мне нужно чудо.
Я открыла глаза и посмотрела на свою сумку. Мы с Лукой годами практиковались в самообороне, и против неопытного человека я могла бы защитить себя, но Данте был боссом. Он мог убить, даже не вспотев.
А потом Данте склонился надо мной, высокий и страшный, его рука коснулась моего бедра, и я отпрянула от него, моя голова ударилась об окно.
— Нет, — выдохнула я.
Голубые глаза Данте встретились с моими, понимание отразилось на его лице, но он не сразу отстранился, все еще слишком близко, как будто ждал чего-то. Потом выпрямился, держа в руке мой кошелек. Он потянулся к нему между моих ног.